Мой любимый киборг

Просматривая решение, пробормотал:

— Очень странный и долгий путь решения, но ответ… — посмотрел на девочку. —Верный!

Наи — гений. Да это же золотой ребёнок! Жаль, что я сам изгой, иначе порекомендовал бы девочку в императорскую академию. Уверен, после теста её взяли бы на обучение по соцпрограмме, выделили бы жильё для всей семьи и предоставили хорошую работу матери одарённого ребёнка.

— Давай ещё, — смахнув движением руки записанное решение, воодушевлённо предложил я и, начертив задачу второго курса, положил перед девочкой.

— Прятки! — упрямо стукнула она кулачком по пластику.

— Второй завтрак, — напомнил я.

Мы скрестились взглядами, и я применил веский аргумент:

— Я первым решил задачу.

— Ты робот, — парировала Наи. — И обязан слушаться. Ищи меня!

И сорвалась с места. Процедив сквозь зубы ругательство, я пошёл искать мелкую нахалку. Знает же, что роботы не бегают, если это не приказано. Догнать её не могу, придётся вновь окунуться в ненавидимые с детства прятки.

Ксан всегда выигрывал.

К вечеру я знал все любимые места Наи для игры. Удивительно, но она упрямо залезала туда снова и снова. Шкаф на кухне, кровать матери, ящик для игрушек. Я ощущал себя привязанной к орбите планетой. Сколько кругов намотал по жилому блоку, уже и сам бы не сказал. Зато прощупал возможности Наи… А она — мои.

После задачек мелкой хулиганки я был уверен, что аврена действительно можно внедрить в сознание человека, не уничтожая личность носителя. И это открытие тянуло на учёную степень и пожизненное содержание при императорской лаборатории.

Наши «знатоки» не додумались взглянуть на эту возможность с настолько необычной точки зрения, как сумела мелкая умница. Мысль о том, что планету опасной расы можно было бы и не уничтожать, я отмёл. Что сделано — не исправишь.

Утомившись от игры в прятки, отпросился «на подзарядку» и, скрывшись в «коробке», вызвал Ксана. Тот ответил сразу, будто ждал.

— Что плохого? — насторожился я.

— Для тебя всё плохо, — ухмыльнулся Ксан и серьёзно добавил: — Завтра сенат будет принимать кандидатуры для выбора нового императора.

— Тысяча бесхребетных хратсов! — зло выплюнул я.

— Надеюсь, они не будут выдвигать своего представителя, — рассмеялся он и осуждающе покачал головой: — Кстати, у хратсов есть позвоночник. И даже мозг имеется…

— Лучше свой поищи, — недовольно буркнул я. — И придумай, как пробраться в сенат и представить мою кандидатуру.