Наваждение. Книга 2

Черная хрустальная люстра гигантских размеров свисала с потолка и мерцала слабыми электрическими огнями. Сизый сигаретный дым низко висел в воздухе плотным туманом. В душном помещении пахло дорогими духами и табаком.

Несмотря на утро, в зале за столиками сидели посетители, хотя и немного. Небольшой оркестр играл вальс, но незнакомый, чувственный и томный. Несколько пар двигались в танце, словно в глубоком гипнозе.

— Похоже, здесь еще и кокаин нюхают. Просто дорогой притон, — саркастически констатировал фон Берг, окинув зал беглым взглядом.

Он плотнее взял девушку под руку. Екатерина невольно прижалась к нему, с недоумением озираясь по сторонам. Ее сиреневое платье неуместным пятном светилось среди общего мрака. К ним неслышными шагами скользнул еще один «похоронный агент». Он изогнулся в поклоне:

— Господин Мариш приносит вам свои извинения и просит немного подождать. Я провожу вас к столику. Угощайтесь. У нас неплохой выбор вин. Есть традиционная кухня. Естественно, все за счет заведения.

Они присели за столик у стены.

Отсюда открывался отличный обзор всего зала.

— Пожалуй, надо взять хотя бы по бокалу вина, чтобы не привлекать лишнего внимания. Возьмем красное — отдадим дань местным традициям, — заметил фон Берг. — Есть тут я не рекомендую. Кто знает, что они понимают под традиционной кухней.

Вино подали мгновенно. Официант был осведомлен, что это гости его хозяина. Барон пригубил напиток и одобрительно кивнул — вино отменное, можно пить смело.

Оркестр заиграл какую-то совсем незнакомую мелодию — страстную, томную и с болезненно-грустным надрывом.

Несколько пар начали странный танец. Екатерина смотрела не них как завороженная:

— Что это?

— Аргентинское танго. Новый модный танец — господин Мариш много времени проводит в Аргентине.

— Вспомнила! — у девушки загорелись глаза. — Да, я слышала о нем. У нас в Институте кто-то принес пластинку. Девушки пробовали танцевать, но не так, совсем не так… Потом оказалось, что танго запрещено во всех учебных заведениях. Но как же это красиво! И музыка! Какая музыка необыкновенная…

Барон пытливо посмотрел на нее:

— Этот танец родился в притонах Буэнос-Айреса.

В Европе считается непристойным, и, как считаю, совершенно несправедливо. Хотите попробовать?

— Очень. Но у меня не получится.

— Это проще, чем вы думаете. Без сложных пируэтов, конечно. Я очень люблю этот танец. Идем? — он протянул ей руку.

Она вспомнила их странный вальс в пустом и темном зале Дворянского собрания. Их наваждение.