Наваждение. Книга 2

Он, конечно, каялся и просил у Екатерины прощения, но разве подобное просто так забудешь и простишь? Да и прощения надо было просить не у нее, а у Генриха. Видимо, Алексей решил попытаться восстановить прежние дружеские отношения. Все-таки они знают друг друга с детства.

Интересно, как он воспримет ее роскошную квартиру? Возможно, будет опять ревновать к фон Бергу. Алексей такой упрямый. Но Екатерине не хотелось рвать отношения со старым другом. Он оставался последней ниточкой, которая связывала ее со счастливым детством, когда был жив отец, и родовое имение еще не продали за долги.

Всего этого давно уже нет.

Алексей пришел ровно в два часа дня. Он всегда отличался пунктуальностью. Екатерина открыла ему дверь и лучезарно улыбнулась, словно они и не ссорились:

— Проходи, я так рада тебя видеть.

Они обнялись, как раньше. Алексей принес любимые пирожные девушки и передал ей коробку с лакомством.

Екатерина вязла друга за руку и провела в гостиную.

Просторную комнату заливал солнечный свет, и яркие блики лежали на янтарном паркете ровными полосами. Белый рояль стоял в углу, на его полированной крышке были разбросаны ноты. Хрустальные напольные вазы стояли по бокам от рояля и искрились тонкими гранями в лучах летнего солнца. Легкий ветерок шевелил светлые шелковые портьеры, проникая в комнату через приоткрытое окно. Изящная люстра из опалового стекла дополняла изысканный облик гостиной, и придавала ей модный шарм. Алексей обвел взглядом комнату:

— У тебя очень красивая квартира. И просторная. Хорошо, что в центре города — все рядом, до Университета близко. А я не знаю, когда сменю квартиру. Да мне, наверное, пока и не надо. Все равно один живу... Хотя, иногда хочется выбраться с окраины. Но денег лишних на это нет. Опять я ною, прости.

У Екатерины отлегло от сердца — не спрашивает о бароне, не бурчит, что все слишком роскошно и дорого, не интересуется, откуда у нее такие деньги.

Возможно, догадался, что квартиру оплачивает Генрих. И то, что их помолвка фиктивная, Алексей знает — Екатерина ему не раз об этом говорила. Но хватило такта не комментировать очевидные вещи — уже хорошо.

Она указала Алексею на диван, накрыла низенький чайный столик и поставила тонкие фарфоровые чашки рядом с вазочкой клубничного варенья. Чай Екатерина всегда заваривала сама — ей не нравилось по таким мелочам дергать горничную.