Я не твоя невеста, Дракон!

Внезапно стало очень холодно, и я пожалела, что не захватила с собой какую-нибудь накидку. Маркус, кажется, ничего вокруг не замечал, быстрым шагом двигаясь к своей цели. Мне пришлось ускориться, потому что при попытке высвободить руку и пойти сзади ничего не получилось, братец держал меня крепко. Боится, что передумаю и убегу, теряя тапки?

– Как будет проходить ритуал? – не выдержала я, когда мы остановились перед высокими двустворчатыми дверями, распахнутыми настежь. Но за ними, как я ни вглядывалась, так ничего и не удалось увидеть.

– Скоро все узнаешь, – туманно ответил мужчина и галантно пропустил меня вперед. Придерживая юбку, я сделала один осторожный шаг, и как будто снова перенеслась. Голова закружилась, ноги подкосились, и я бы, наверное, упала, если бы Маркус не придержал меня за локоть.

– Портал, – пояснил он тихо. – Ты скоро привыкнешь.

Вот уж вряд ли.

Переведя дыхание, я, наконец, огляделась и тут же непроизвольно попятилась назад, потому что посреди большого зала было высокое каменное ложе, рядом с которым стоял незнакомый мужчина, и в его руках был нож, не оставляющий никаких сомнений и иллюзий относительно своего назначения.

Глава 6

Шейла Олин

Оглядываясь на каждом шагу, я поспешно шла по коридору. Платье горничной неприятно кололо слишком чувствительную кожу, но лучше так, чем оказаться в клетке, как большинство моих сородичей. После того, как владыка Скайгард распутал заговор шанар и темных эльфов, нас публично оправдали, и только за это я была бесконечно благодарна правителю Аттинора.

Но, несмотря на многочисленные новые законы, наше положение осталось не просто шатким, а даже опасным. Многолетняя вражда не исчезает за один день, ее нельзя просто выключить, щелкнув пальцами, поэтому многие из нас вынуждены были скрываться.

Наверное, просто прошло слишком мало времени. Но я всегда была оптимисткой и верила, что справедливость в Аттиноре все же восторжествует.

Сколько себя помню, Стимтаун всегда был моим домом. Мы с мамой и младшим братом жили на самой окраине, в доходном доме.

Мама работала подавальщицей в таверне, и после смены всегда приносила что-то вкусненькое. Не могу сказать, что мы были богаты, но и голода никогда не испытывали. Хозяин таверны испытывал особое расположение к нашей матери, и никогда не обижал ни ее, ни нас, поэтому, достигнув необходимого возраста, я так же устроилась подавальщицей, где меня и заметил лесс Элькейн. Не знаю, каким образом ему удалось распознать во мне оборотня.