Дело было в Городце

На краю леска их и не видно, а стоит глубже зайти, сразу тучами кружат.

– Вот уж в чем не сомневался, – улыбнулся мужчина. – К лесу-то ты привычная, выдержишь несколько дней пути.

– Выдержу, – все-таки в походы она ходила. Одно плохо – удобств в лесу никаких. Но до города выдержит. А там затребует хотя бы тазик, если баньку обеспечить не смогут. Главное, сменного белья прихватить, чтобы не ходить в грязном. А уж ручьи должны на пути встретиться.

– Справимся, – ободрил ее мужчина. – Ты упрямая, а у меня выбора нет.

Надо до снега в Городец воротиться. Нянюшка волноваться будет. А это всему стольному граду опасность великая.

А на следующий после разговора день Константин начал тренировки, заменяя меч длинным прутом.

Для Василисы тоже начались не простые дни. Марья Данииловна, в преддверии путешествия, активно заставляла девушку заучивать описания тех трав, которые могли бы ей встретиться на пути, способы сбора, хранения, употребления. В голову ученицы вдалбливалось, какие растения и ягоды могут помочь от отравления, что следует использовать для заживления ран, от мозолей, укусов насекомых и змей, что можно употреблять в пищу, а что лучше и вовсе не трогать.

В какой-то момент девушка не выдержала.

– Костя, – взмолилась девушка, – ну скажи ты ей, что мы не жить в лес уходим, а часть дороги срезать.

Но мужчина только перекрестился на образа.

– Вася, окстись, если я еще к Данииловне с просьбами подойду, мы точно до зимы никуда не уйдем. А зимой лучше в избушке ближе к печи сидеть, – вздохнул он.

– Сейчас зверье все сытое, если и набредем друг на друга, то миром разойдемся.

– Ну не могу я, – только что не взвыла девушка. – У нас преподы так не зверствуют. У меня голова скоро квадратная станет, а мозг круглый без единой извилины. Как ты со мной такой пойдешь куда? А одного тебя никто не отпустит, вдруг упадешь где замертво, только воронью радости будет. Волки-то, сам говорил, сейчас сытые, а до зимы не долежишь. Опять же, живность такое протухшее даже с большой голодухи есть не станет – побоится отравиться.

– Умеешь ты подбодрить, Василиса, – скривился Кощей. – Слышал бы тебя мой пращур, вмиг бы в ученицы взял.

– И помер сам в короткие сроки от смеха, – буркнула девушка, – без всяких там иголка в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, сундук у черта на рогах где-то на дубу, на который без лестницы и альпинистского снаряжения не залезешь.

– Хм… – Константин верно оценил перспективы дальнейшего продолжения рода.