Дело было в Городце

Мог бы и сам караван собрать, но не по мне дело торговое. Уж лучше меч острый, конь верный, да дорога прямая.

Василиса мысленно усмехнулась, предпочтя оставить такое заявление без комментариев. А хотелось высказаться, что у коня мозгов всяко больше будет, чем у таких вот любителей бешеной скачки.

В город они заходить не стали. От пристани начиналась хорошо укатанная дорога, на которую и свернул мужчина. Василиса шла за ним, то и дело оглядываясь на золотые купола храмов. Все-таки это первый город, который она видела, и то стены да немного крыш.

– Мы еще приедем сюда, – Константин заметил ее интерес. – Но сейчас лучше поторопиться, если ты не хочешь ночевать под стенами города. На ночь ворота закроют, и будь ты хоть царский родственник, хоть посол, жди утра Разве что гонца впустят, и то одного. А нам еще идти и идти.

Вася в последний раз обернулась, после чего прибавила скорости. Ночевать на улице, когда можно провести ночь под крышей на нормальной кровати, девушке не хотелось.

Вскоре с ними поравнялась телега, груженная какими-то мешкам.

– В стольный град путь держите?

– Да, в Городец, – не стал спорить Кощей. – Да тут особо и некуда больше.

– И то верно, – хохотнул мужчина. – Ну, забирайтесь, а то на своих-то двух и не успеете еще. А лошадка у меня резвая.

Другого приглашения не требовалось. Костя помог девушке забраться в телегу, закинул их мешки и запрыгнул сам. Возница присвистнул, и лошадка резво потрусила по дороге.

До города добрались ближе к вечеру. Хотя солнышко еще светило, было видно, что оно уже готово нырнуть за горизонт.

Стражник на воротах оглянулся, после чего замер на миг. В следующую секунду толкнул своего товарища и вот уже они ощупывали и осматривали путника.

– Константин, Костя! Вернулся! Живой! А мы уж схоронили тебя.

Василиса и застрявшие на воротах люди с интересом смотрели на творящийся беспорядок, не мешая людям радоваться возвращению своего товарища.

Когда радость поутихла, Кощей осторожно выбрался из объятий.

– Как там нянька моя?

– Ничего, держится, – дружно ответили стражи. – Царь уже сколько раз ее вызывал, уговаривал панихиду отслужить, а она ни в какую, мол жив ты и все тут. В последний раз так разошлась, что чуть терем не разнесла. Токмо что царевич утихомирить смог. Не поднялась у ней рука на отрока. А царя с царицей потом весь вечер чаем отпаивали с самогонкой.