Семь ночей

– Я пришла сказать, что лучшей жены вы не найдете, – робко сказала она и сдёрнула резинку с волос, рассыпая их по открытым плечам.

– Очень интересно, – рассмеялся я, но отошёл в сторону, впуская ночную гостью. – А с чего вы взяли, что мне нужна жена?

– А жена нужна всем, Вадим Дмитриевич, – девушка быстро вошла в номер и остановилась в самом центре, неуверенно осматривая обстановку. На ней был короткий джинсовый сарафан и ужасные сабо на платформе с пошло сверкучими стразами. – Всем серьёзным мужчинам нужен тыл.

– Так на меня вроде не нападают, да и держусь на своих двоих неплохо.

– Вы же понимаете, о чем я говорю, – девчонка дёрнула головой, вскользь осматривая меня с ног до головы.

– Как хоть тебя зовут, деточка?

– Нина, – выдохнула она и решительно дёрнула молнию, роняя тряпку к ногам.

– И сколько же тебе лет, девочка Нина?

– Двадцать, – она гордо вскинула подбородок и вновь лупанула острым взглядом, чуть задержавшись на груди в распахнутых полах халата.

– У тебя конкретное предложение? – собрался с силами и прошёл мимо, не выдавая ни удивления, ни желания рассмеяться над её напускной и глупой смелостью. Вся эта ситуация казалась тупым розыгрышем. Я знал, как продаются женщины, знал, сколько они стоят и что могут дать взамен за ласковое слово и блага современности. Но это чудо из глубинки откровенно потрясло меня.

– Да. Я готова обещать вам быть верной женой до конца.

– До конца чего, Нин? – не выдержал я и всё же рассмеялся.

Закурил, открыл балконную дверь и смело обернулся, блуждая взглядом по обнажённому телу отчаявшейся девушки. Аппетитная молодая грудь, плавная линия талии, тощие угловатые бёдра и простое хлопковое бельё. Нет в ней соблазнительности, грации, флирта, и нежности женской тоже нет.

Это были торги на бирже с четко сформулированным предложением, отвечающим моему спросу. Она стояла, еле заметно переминаясь с ноги на ногу. Таилась, притворялась, лишь бы получить то, чего хотела.

– Я вам не нравлюсь?

– Молоденькие девушки не могут не нравиться здоровому мужчине. Это физика.

– Значит, нравлюсь? – Нина поджала губы, словно мои слова не пришлись ей по вкусу. Видимо, рассчитывала услышать что-то на «поэтическом». Я едва не прыснул со смеха от собственных мыслей, вовремя вложив в губы сигарету.