Чёрная королева: Огненная кровь (том 1)

— Хорошо, хорошо! Я не буду смущать тебя сейчас, моя милая Иррис, — он пересел на сиденье напротив, но продолжил её разглядывать. — Я поцелую тебя на помолвке.

От этих слов она зарделась вся, словно роза, под стать своему платью.

Они были наедине и довольно близко, и, кажется, впервые по-настоящему, с самого дня её приезда сюда. И это было очень волнительно и странно.

Она ведь была замужем за Эрхардом. И она волновалась в день помолвки, и в день свадьбы тоже. Нравился ли ей Эрхард? Пожалуй, да. Он посватался, отец спросил её согласия, и она не была против, потому что…

… а что она вообще видела в жизни? Уединённое побережье, два городка — Маленькая и Большая Мадвера, все жители знают друг о друге всё, и когда рождается мальчик или девочка, уже известно, кто на ком женится или за кого выйдет замуж при благоприятных обстоятельствах.

С Иррис было сложнее, но всё же Эрхард был очень удачной партией. Он был молод, симпатичен и богат, довольно начитан, образован и мил. И так должно было быть, поэтому она сказала «Да».

И ей, как невесте, полагалось испытывать к нему уважение и почтение, и она испытывала. Любовь в таких браках могла быть, а могло не быть… но Иррис была практичной девушкой и, несмотря на то что сочиняла стихи, она понимала, что любовь — это что-то такое, о чём всегда пишут в книгах, но что почти не встречается в обычной жизни. Что-то мимолётное, как цветение вишнёвых садов, которое длится всего пять дней в году. Как её наставляла тётя, любовь рождается с годами, и над браком нужно работать, потому что брак — это обязанности.

О страсти она слышала лишь из разговоров горничных, но это было что-то неприличное и пошлое, о чём они всегда судачили шёпотом и нервно хихикали.

Страсти в их браке не было. Не было и любви… наверное. Потому что в браке с Эрхардом она никогда не испытывала того, что происходило с ней последнее время.

И это её пугало.

Сначала Альберт, там, на озере, и после — в деревне среди виноградников… А теперь вот Себастьян. Почему в жилах у неё закипает кровь? Почему горит лицо и внутри всё сплетается в сладкий клубок, а в голову лезут странные мысли, которых не должно быть в голове приличной женщины? Может, это и есть любовь? Или страсть? Та, о которой так много говорит на кухне прислуга, когда думает, что её никто не слышит, а у Иррис очень хороший слух…

Ей бы хотелось узнать, что это такое.

— Ну, вот мы и приехали, — произнёс Себастьян, глядя в окно, — а теперь, милая Иррис, выше голову и ничего не бойся.