Чёрная королева: Огненная кровь (том 1)

И было видно, что правила приличия борются в её голове с правилами гостеприимства. Но в этот раз правила гостеприимства победили.

Тётя Огаста встала, придав своему лицу строгое выражение, сжала в руках платочек и произнесла суровым голосом хозяйки дома:

— Проси. А ты, Мартин, будь здесь. И Сезару скажи, чтобы сидел в коридоре.

Горничная нырнула в темноту, и вскоре снова появилась с фонарём в руках, а за её спиной показались три мужских силуэта.

От благородных господ на полу образовались три огромных лужи, и мокрые они были, надо сказать, и правда до нитки.

Потоки воды, несущиеся с горы, размыли дорогу, перегородив её сломанным тополем, их карета сползла по раскисшей глине, угодив колесом в промоину как раз напротив ворот дома тёти Огасты.

Конюха отправили распрячь лошадей и завести на конюшню, кухарку готовить горячее вино со специями, а горничную — за полотенцами, чтобы промокнуть «благородных господ». Иррис велели зажечь побольше свечей, потому что уже смеркалось, и она, поднося огниво к фитилям, украдкой рассматривала гостей.

Первым вошёл пожилой господин, высокий и статный, с лицом ястреба: нос с горбинкой, массивные брови, залысины над высоким лбом, переходящие в седину, гордая осанка и глаза — серые, почти прозрачные, словно в них растворился туман с прожилками блестящей стали. Взгляд этот показался Иррис недобрым, он прожигал насквозь и заставлял чувствовать огонь где-то внутри, под сердцем. И смотрел этот господин чересчур проницательно, казалось, что прямо в душу, так, как будто медленно загонял под рёбра тончайший стилет.

При нём была трость с золотым набалдашником, а одежда, хоть и мокрая, но дорогая и сшитая по южной моде, говорила о том, что очень редкая птица залетела сегодня в дом тёти Огасты.

За ним следом вошёл ещё один мужчина, пожалуй, чуть младше первого и пониже ростом. Его мокрые волосы спадали на плечи сосульками, и коричневый бархатный кафтан обвис. Но элегантный атласный жилет, шёлковый галстук с сапфировой булавкой и туфли с лаковыми пряжками выдавали в нём господина не менее знатного, чем мужчина с тростью.

Его лицо, было таким же ястребиным — те же брови и глаза, полные холодной стали, и не трудно было догадаться, что эти мужчины родственники.

А вот третий господин Иррис понравился сразу. Наверное, он был сыном господина с тростью, во всяком случае, они тоже были очень похожи, только в лице младшего не было той ястребиной жёсткости.