Конный портрет со свитой

- Что с ним сделаешь, когда все плохое уже случилось? Все эти перевороты, войны, революции. И мы не знаем главного – где в этом бардаке находится точка отсчета? Поэтому, давай договоримся, что ты никуда лезть не будешь. А то придется и тебя в кладовку запирать.

- Значит, я для тебя ничего сделать не могу?

Павел помолчал. Потом посмотрел ей в глаза.

- Ты – уже сделала. Никто, кроме тебя обо мне не плакал.

- Разве? Семейство поначалу рыдало. И фрейлина Нелидова тоже о тебе горевала.

- Семейство – рыдало со страху.

И все больше о себе. Ибо о душе своей сильно беспокоилось. Не придется ли им всем потом в аду гореть? А Катрин хоть и погрустила, со вдовой моей дружить не перестала. Ты бы такого никогда не сделала. У тебя - память хорошая. Думаешь, я не понимаю – чего ты в свое любимое Гродно обычным путем не едешь? Опасаешься, что ножик под руку подвернется?

Женька горько усмехнулась.

- Это ты правильно подметил. С теми, кто подружку угробил, мне лучше не встречаться. Или – им со мной?

- Тебе, пернатая, лучше ни с кем не встречаться.

Все равно – врагов слишком много, а ты – одна. Да и не изменит это ничего. Ну, сдохнут Зубовы – так поганая «англичанка» еще кого-нибудь найдет. Время там такое – неуютное.

- Время – всегда такое. В какой век не сунешься – все кому-нибудь не угодишь.

- Вот и не надо никуда лезть. КПД – ноль, а душа – в клочья. В общем, хочешь обо мне еще раз поплакать – поплачь. А покупать все равно будем – ботинки!

Женька плакала, уткнувшись в подушку, а Павел вздыхал рядом, и не знал – надо ли чем помочь? Наконец он не выдержал и сгреб Птицу в охапку.

- Все! Хватит! Количеством пролитых слез покойник остался удовлетворен. Он восстал из гроба, явился из Отражений, и теперь настоятельно хочет почувствовать себя живым. Что мы тут опять время на ерунду тратим? Взгляни – даже Изольдин папенька на нас со своего портрета укоризненно смотрит! Так и хочет сказать, что выспаться мы не успеем. И ничего другого – тоже.

Она вытерла слезы. И попыталась улыбнуться.

- Опять вы на шалости намекаете, ваше величество?

- Не я один намекаю – пожал плечами Павел.

– И диванчик – тоже. Потому, что он - узкий. И как-то …эээ… располагает…

- Дааа? Так вот почему ты в Гатчине от нормального дивана отбиваешься? Чтоб без вариантов?

- Ну, как тебе сказать… Это – тоже. Но вообще – не фиг фамильной мебелью разбрасываться!

- Ох и хитер ты, батюшка! Любую базу подведешь под глупости всякие.

- Это – не глупости! Это – издержки совместной жизни.