На удачу не стоит полагаться

Хорошо, что курировать первогодок будет его друг, это облегчало задачу.

Глава 7

Я слушала нашего куратора неприлично открыв рот. Я-то, по простоте душевной, считала, раз учеба растянется на десять лет, то объём будет небольшой. Этим наивным мыслям способствовало еще то, что учились тут всего шесть месяцев из десяти. Как же я оказалась неправа! Весь день у меня будет расписан по часам и честно, я уже боялась, что не потяну такую нагрузку. Я же в этом мире всего четыре месяца и первый из них я бездарно притупила в коконе отчаянья и безразличия к своей судьбе.

Последние три, до поступления, я буквально жила в публичной библиотеке. Но впитать все знания, что получают местные в течении всей своей "детской жизни", которая, простите на минутку, составляет сто семьдесят лет, я физически не могла. А это значит, что мне придется учиться с нуля и по многим предметам я просто не буду успевать за группой.

И меня бы это не волновало, если бы тут не было балльной системы оценки знаний. Причем баллы начислялись как отдельно ученику, так и всей группе.

И вот сразу возникает вопрос, они станут меня тянуть, помогая в учебе, или избавятся от слабого звена? Что-то мне подсказывает, это будет второй вариант. Я так погрузилась в свои невеселые мысли, что не сразу поняла, первая встреча и знакомство с куратором подошли к концу. Только после слов: "Все свободны, а вы, Алиса Найт, подойдите ко мне" — я вынырнула из почти шокового состояния и чуть не рассмеялась. Наверно это нервное, но уж больно знакомо звучала фраза.

Я не спешила, всё равно сижу на галёрке. Смотрела как спускаются мои, наверное, будущие, одногруппники. Хотя толпа слишком большая, возможно и более вероятно, это все первокурсники. Но я ошиблась, была еще одна группа, с которой мы и будем соревноваться по общим баллам. Спускаясь к ожидавшему меня мужчине, я его в наглую рассматривала. Очки прекрасная вещь, можно не прятать глаза. С другой стороны, я не видела глаз окружающих, хотя сейчас была уверена, он так же, как и я, не упустил возможности меня изучить.

Тритий был молод, я бы сказала, что ровесник Кристенса, от этого сравнения чуть не поморщилась. Я до сих пор обижалась на мужчину, впрочем, сама не понимая причину. Любовь? Нет, я не думаю, что влюблена в него. Но и здраво объяснить отчего обижаюсь на постороннего мне человека, не могла. Отогнав ненужные сейчас воспоминания, продолжила осмотр, худой, впрочем, как и все в этом мире, высокий, с темными фиолетовыми волосами.