Страж для невезучей леди

— Возможно, таковы последствия сильного потрясения или заклинания. Даже не пытается. Мы отмечаем у него полное отсутствие каких-либо реакций: на свет, на звук, на магическое воздействие. Вообще ничего. Ну, вы сами поймете. Пойдёмте.

Я хотела отказаться. Зачем мне смотреть на этого человека? Говорить не может, от реальности отстранен. Ему даже предъявить нечего, не поймет же. Что делать? Потоптаться и уйти? Но лекарь уверенно вел меня между палат, забитых больными, меж стен, что напитаны людскими страданиями.

Нехорошо как-то отказываться на половине пути.

Дверь была заперта на ключ. Поворот, и мы очутились внутри пустой комнаты. Такой крошечной, словно её оборудовали в чулане. Здесь стояла кровать, и всё. Из зарешеченного окна над самым потолком лился солнечный свет.

Мужчина сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Взгляд его был пуст и отрешен.

Ему гладко выбрили лицо, и сейчас оно казалось еще уже, ещё острее, чем прежде.

Я смотрела на того, о ком не переставала думать все эти дни.

— Здравствуй, — сказала негромко. — Ты меня узнаешь?

Не отреагировал.

Что же с ним случилось?..

Молчание тянулось нитью, прорезая горло, мешая дышать.

— Мы держим его в одиночной палате, — объяснил лекарь. — Не знаем, чего ждать, если он придет в чувство. Но не беспокойтесь. Он не причинит вам вреда в моем присутствии, — в доказательство своих слов крутанул запястьем, и из-под пальцев его посыпались магические искры. — Всё под контролем.

Он выплел оберегающую руну, но сам остался в дверях.

Я двинулась к мужчине. Шаг за шагом. Звуки казались недопустимо громкими и резкими, они дробили барабанные перепонки. Но мой спаситель — или убийца?.. — даже не шелохнулся. Не дернулся. Он редко моргал и смотрел в пол.

Что с ним?

Я помнила, как он глянул на меня, стоило ему услышать мой голос. Этот взгляд, темный, засасывающий. Живой. Помнила голос, что заставил содрогнуться стены.

Сейчас передо мной сидело жалкое подобие человека. Пустая скорлупа.

— А что шрамы? — спросила хрипло, обращаясь к лекарю.

— Древняя письменность, — отрапортовал тот. — Это всё, что мне известно. Я видел такие руны в храмах. Но перевести их — целая мука.

— Кто-нибудь занимается переводом? — сглотнула, поборов глупое желание коснуться набухших полос пальцами.

— Нет. Кто будет этим задарма заниматься?

Не поспоришь. Кого волнует этот человек? Поисковикам нужна только найденная мной диадема. Стражники не будут тратить время на какого-то полуживого путника..