Неукротимая Эльза Арлей

— Всем по кусочку пирога и хлеба досталось! Правда большую часть отец приказал отдать другим… Но там нужнее! Отец, я и братья отказались… Младшего заставили есть! А девчонки просто обалдели!

— Значит ты, Рик, опять голодным остался…

— Почему это?! — возмутился Рикорис. — Я оленины варёной поел! А ещё Ниа… Ниарика дала мне маленький кусочек пирога. Хитрюга! Это она меня подкупила!

— Зачем? — не поняла Эльза.

— Чтоб я ей побольше о Ретоке рассказал, — рассмеялся Рикорис. — А я и не знаю ничего! Он женат, Эльза?

— Нет.

Но он очень хороший друг. Честный, добрый… Он даже не ругал меня, когда мы едва в смертную росу не влетели! К тому же пироги вкусные печёт и хлеб. — Эльза засмеялась: — Мечта любой девушки! Только по-моему… — помрачнела она, — похоже, что он несчастен.

— Не может быть! Смертная роса?.. — Он покачал головой и спросил: — А что не так с Ретоком?

— Ну сам посуди: двадцать лет, красивый парень, не женат… Значит не смог найти свою судьбу.

— Тогда я тоже несчастен. — Рикорис хохотнул, и очень серьёзно добавил: — Наверное.

Я тоже не женат, и мне двадцать лет.

— И симпатичный тоже, — заверила Эльза. — Но забывчивый. Ты обещал мне рассказать о пирогах, муке и хлебе.

— Точно! — согласился Рикорис. — Обещал! Но это можно сделать и у водопадов. Всего минуты три по тропинке идти. Там красиво…

Эльза поднялась с камня и посмотрела на повозку:

— А как же…

— Всё будет нормально! — заверил Рикорис. — Ни одна собака не сунется сюда!

— Да? Только не очень долго, Рик.

А то Рет перепугается.

Они дошли до двух стоящих вертикально камней и словно растворились в воздухе. А совсем недалеко от камня, на котором сидела Эльза, из-за валуна высунулось злое девичье лицо.

— Сам ты олень влюблённый! А я не собака! Я хитрее!

Она дождалась, когда повозка оказалась почти напротив, в три прыжка настигла её, вцепилась в поручень, распахнула передний люк и исчезла внутри.

***

— По тропинке можно бежать, — говорил Рикорис. — Тогда быстрее на место прибудешь.

Но это только если торопишься… И бояться не надо! С таких тропинок сойти невозможно! И никто не нападёт.

Он держал Эльзу за локоть и млел от такой близости. Но ей всё равно было страшно. Они стояли на месте, а вокруг царил даже не туман — всё было смазано, словно плохо вытертая тряпкой грязь на стекле… И Эльза закрыла глаза.

А Рикорис замолчал. Потому что он теперь не только держал Эльзу за локоть, но и, улыбаясь, смотрел на её лицо.