20:12. Начало

– Вот и решу, – буркнул Чоу, разворачиваясь спиной к классу, и стукая мелом по доске.

И он решил это безумие! Просто взял, и сделал. Испачкавшись мелом чуть ли не с ног до головы, расписал длинное решение, гордо проговаривая все нужные формулы.

– Да, здорово, – физик покивал, будучи искренне довольным тем, что в класс попал светлый ум. Но постарался это скрыть, видимо, чтоб Ватанабе не зазнался, и отправил его на место, – можешь садиться. И не разговаривай на моём уроке больше, пожалуйста.

– Интересно, в этом городе все такие? – усаживаясь обратно, недовольно спросил отличившийся новичок.

– Я задаюсь тем же вопросом в масштабах планеты.

– К слову о планете, твоя внешность, она удивительна! – Бесстыдный взгляд соседа по парте просканировал меня едва ли не насквозь, будто своими словами я дала ему на это разрешение, а он только этого и ждал.

Я ссутулилась. Снова эта тема.

– Да, я знаю. Удивительна…

– Откуда ты такая взялась?

– Долгая история.

Собеседник ухмыльнулся, – таки не соврал Вальмонт.

Услышав знакомое имя, я навострила уши и отвлеклась от рисования нового, более красивого Каце.

– Ты его знаешь?

– Мой лучший друг

с ним общается, так что косвенно – да. И о тебе он рассказывал, но я не верил. Прикольно получилось, теперь ты – моя одноклассница.

Учитель, заметив наши переговоры, вежливо попросил заткнуться, и мы притихли, теперь уже до конца урока.

«Ну, всё, сегодня он пересядет куда-нибудь в другое место, и я снова буду сидеть одна» – внушала я себе, – «Здорово же, как и обычно.

Как и всегда…»

Глубоко вздохнула, открывая дверь кабинета. Но и сегодня новый сосед по парте не сменил своё место, и это очень даже удивило.

Чоу не пересел к кому-то другому ни через пару дней, ни через месяц.

Он оказался на редкость общительным мальчиком и мог поддержать едва ли не любую тему, которую мы затрагивали. Когда речь дошла до рассказов о Тигралине, я словно видела, как его воображение прорисовывает каждый описанный мною момент.

Чоу действительно слушал: уточнял, переспрашивал.?Я даже доверила ему посмотреть тетрадку со своими рисунками, которые он по достоинству оценил. Это внимание наполняло какую-то тёмную полость внутри меня новыми ощущениями; тёплыми и добрыми.

У нас совпадали музыкальные вкусы.

Почти все тетрадки Ватанабе были с изображениями его любимых групп или их тематикой. И дневник он тоже украсил наклейкой лого «Red Hot Chili Peppers».