Ледяные крылья

Опускается в кресло рядом с постелью, нежные, как лепестки, пальцы оказываются в железной мужской руке. В окна дышит океан, стрекочут ночные насекомые, долетают голоса чаек...

Так проходит ночь.

Веки разлепляются, воздух наполнен медовым утренним светом, голова Эгорда на краю постели, рука держит пальцы Наяды, он сам на коленях, ноги напитаны прохладой пола, взгляд упирается в девичью талию, в синеватые меняющиеся узоры на платье, метаморфозы завораживают, время словно остановилось...

– Платье подарил отец, когда мне было пять, – вкрадывается женский голос.

Эгорд голову поднимает.

Волосы Наяды раскиданы по подушке, лицо склонено к Эгорду, из-под ресниц смотрит морская глубина.

Эгорд заключает девушку в объятия.

– Наяда...

Хочется стиснуть, но доспехи прижимаются к платью осторожно, вдохнуть страшно: чешуя выгнется, сдавит хрупкое тельце. Руки Наяды ложатся воину-магу на спину, едва ощутимый бугорок скулы прижимается к щетине.

Минуты растягиваются, мир уменьшен до симфонии двух дыханий: Эгорд прислушивается к этим прекрасным волнам, его грудь опускается, когда вздымается грудь Наяды, и наоборот...

Наконец, Наяда заглядывает Эгорду в глаза.

– Я должна была умереть...

– Ты жива, любимая.

Воин-маг проводит пальцами по щеке, розово-молочная кожа отзывается упругостью. Взгляд девушки робко проскальзывает по комнате.

– Где я?

– В безопасности.

– На острове?

– Да.

В глазах Наяды рождается испуг.

– Но маги...

– Не бойся. Магов больше нет. Здесь только я и мои друзья.

Это не совсем так, но говорить про демона пока смысла нет, главное, чтобы Наяда успокоилась.

– Любимая, помнишь, что с тобой случилось?

Наяда погружается в задумчивость...

– Да... Припоминаю... Не знаю, что это было, но как было, помню…

Эгорд извлекает из торбы горстку флаконов с разноцветными зельями, хрусталь позвякивает, крышечки отрываются с тихим «чпоком», воин-маг поит возлюбленную полезными и приятными на вкус жидкостями, сонливость Наяду покидает, веки моргают чаще, взгляд становится собранным.

– Любимая, обещаю, расскажу все, но сперва расскажи, что было с тобой после того, как твой...

Эгорд глотает слово «отец». Рано. На девочку и так свалилась гора неожиданностей, ни к чему добивать еще и тем, что отец был превращен в монстра.

– ...как то чудовище лишило тебя сознания.