Защити меня, ректор

Мы же не хотим, чтобы старшие курсы сели нам на шею? Верно, народ?

Со всех сторон раздались одобрительные голоса. А Мануэлла поняла, что да, два года будут веселыми. Все-таки студенты, это вам не учащиеся в пансионе. В академию поступают люди взрослые: девушки, достигшие брачного возраста, юноши которые при ином раскладе уже служили бы в армии или занимали должности в иных местах.

Шум прервал звук захлопнувшейся двери.

– Сеньоры, сеньориты, – услышали они голос преподавателя. – Думаю, все ваши важные дела вы успеете обсудить уже после лекции.

Сейчас же мне хочется, чтобы вы сосредоточили все свое внимание на моей скромной персоне.

Студенты вернулись на свои места. На кафедре стоял преподаватель лет семидесяти, сухонький, не высокого роста, с редкими, седеющими, чуть вьющимися волосами. За толстыми стеклами очков, однако, прятались по-молодому яркие глаза. Одет он был в немного старомодный костюм, а довершал образ галстук-бабочка.

– Итак, – когда все расселись, продолжил мужчина, позвольте представиться.

Я – Лоренсо Молина Рейес, буду вести у вас историю магии. Сегодня у нас с вами первая лекция. Записываем, тема первая, история появления магии.

***

– Сеньор Хименес, прошу, – женщина лет сорока, облаченная в строгий костюм мышиного цвета, оставлявший открытыми только кисти рук и голову, распахнула дверь в кабинет ректора. – Я – Росалия Охеда Мартинес, помощница вашего дяди. Если честно, мы вас не ждали. Ваш дядя ничего нам не сказал о своем отпуске. Признаться, для многих сотрудников эта замена стала сюрпризом.

Мужчина мысленно поправил ее, что не для всех, а только для тех, кто находился в отпуске, и не заглядывал на рабочее место даже обменяться последними сплетнями. Но вслух он сказал другое.

– Надеюсь, не слишком неприятным? – Рикардо оглядел кабинет. Внешне ничего не изменилось с тех пор, как он в последний раз навещал дядю. Но тогда он оценивал только обстановку. Сейчас же его ждала задача более сложная – стать полноценным хозяином этого помещения.

Пусть дядя и посвятил много времени подготовке преемника, работа с бумагами – это одно, а люди – совсем другое. Пусть почти обо всех сеньор Викторино отзывался как о ценных сотрудниках, его племяннику предстояло составить свое мнение. Например, сейчас он не мог сказать, что стоящая напротив него и переминающаяся с ноги на ногу женщина – ценный сотрудник.

– Что вы, ничуть, – женщина облизнула губы. – Это будет новый, надеюсь, полезный, опыт.