Второй шанс: жизнь, любовь или смерть

Можно понять маму, из-за чего она отказалась от своей семьи, от рода, от страны, только чтобы быть рядом с ним.

Я скучала… отец.

— Рия, детка, ты хорошо себя чувствуешь?

Из-за спины папы выглянула женщина. Она была невысокого роста, даже можно сказать маленького, по сравнению с мужчинами. У нее маленькое аристократическое лицо в виде сердечка с веснушками, большие изумрудные глаза и копка рыжих кудрявых волос.

— Ма…ма…матушка, — при взгляде на неё сердце вновь сильно сжалось.

Многие говорят, что пока кого-то не потеряешь — не поймешь насколько был важен тебе этот человек.

Жаль, что я осознала это вовремя.

Моя матушка, была второй женой отца. Она вошла в наш дом, когда мне исполнилось семь, а ей всего лишь двадцать три года. Сейчас тогдашняя она казалась мне такой же молодой и наивной, как я когда-то. Женщина всегда уважительно относилась ко мне и к брату. Вот только со старшим ребенком она нашла общий язык, а со мной наоборот. Я ненавидела её. Ругалась, кричала на неё, даже как-то кинула вазу.

Это произошло неосознанно, в порыве злости. Когда же мне исполнилось пятнадцать, она умерла. Только через несколько лет я пожалела, что относилась к ней так низко, но, к сожалению, было поздно.

Я видела её в последний раз, пять лет тому назад. Тогда матушка выглядела больной и бледной, даже веснушки, которые всегда ярко виднелись на лице, исчезли. Сейчас же на меня смотрела здоровая, неунывающая и живая женщина, а моё сердце разрывалось от счастья.

— Рия?

— Простите меня. Я была не права.

Опустившись на колени перед матушкой, я опустила голову. Мне было стыдно. Когда она болела и посылала за мной, я игнорировала все её просьбы и все время находила какие-то занятия, только бы не находиться рядом с ней. В день её смерти пришлось прийти: к умирающей женщине меня приволок отец. Но даже тогда, когда она по-доброму улыбалась мне, я была бесчувственной тварью. Я с высокомерием взирала на неё, стоя перед кроватью больной, и даже не слушала последние слова. Так и не выслушав, ушла, не останавливаясь.

Через час после моего ухода, она покинула нас.

— Простите меня.

В гостиной повисла тишина. Они впервые слышали, как я плакала при всех.

Всегда была избалованным ребенком, которому дозволялось всё. Ведь я единственная дочь канцлера нашей империи. Выше моего отца был только сам император. Мне с самого детства завидовали. Говорили, что я родилась с золотой ложкой во рту. Я даже была помолвлена с человеком, которого так безудержно любила.