Дневник моего освобождения

приходи, когда захочешь!

В комнате раздался звук разбитой посуды. Как гром среди ясного неба. Удивленное лицо Арни...АНИ, который с непониманием смотрел на меня.

-Это я сказал? –он обошел осколки фарфора, приближаясь ко мне с полотенцем, вытирая остатки кофе на руках.- я об этом только подумал...хотел предложить Вам...Как Вы... догадались?

-ты ничего не помнишь, Ани, верно?

-А что я должен помнить? Простите, Нэлли, Вы застали меня врасплох. Мне неловко...

-АНИ! Тебя зовут АНИ...я весь вечер обращаюсь к тебе так, и ты не удивлен! Ты откликаешься .

.. И еще...такой кофе готовил для меня только один полуэльф, мой слуга,ты!

Мужчина напротив меня стоял столбом. Хлопал глазами и смотрел на меня, как на сумасшедшую.

-скажи мне, пожалуйста, в этом доме есть вторая спальня?-улыбаюсь и смотрю в глаза парню.

-н-нне знаю, я недавно тут...еще не осматривался...

-и тем не менее, на столе в комнате бардак вечности...упаковка печенья с просроченной датой аж на пятьдесят лет...

Обошла комнату по периметру и обнаружила, что НЕТ никакой второй спальни.

Дом в стиле «студии», или по старинке деревянного зодчества-пятистенка, с печкой по середине. Печки, как таковой нет, колонна, поддерживающая потолок...либо каменная стелла, в варианте пещеры АНИ...который не помнит ничего ранее месяца назад. Оно и понятно, он просто появился здесь, таинственно и пока не понятно как, вместе с книгой, которую увы, прочесть не может. Хотя, сам писал...

И он меня считал сумасшедшей, которая читает его таинственную работу.

..Представляю, что у него сейчас в голове!

...ОН ЗАБЫЛ ВСЕ.

А мне предстояло разобраться теперь во всем и не только за себя, но и за Ани...

Глава 10

10) ПОИСК РЕШЕНИЙ.

Спать. СПАТЬ. Искать Асъё во сне. Теперь осознанно. Где-то мы должны встретиться, обязательно? Ведь он же рядом со мной? Я могу написать что –то на бумаге и оставить на столе...Асъё должен это прочесть! Сможет? А если в книге? Попытаться найти способ переписки, как вариант.

Но попробовав прочертить хоть одно слово на странице, я была разочарована. Ни тушь, ни перьевая ручка, ни гелиевая, не оставляли ни царапинки на листке. И даже у Ани ничего не получалось. Там, в своей пещере он писал, здесь нет.

Увы, я могу только читать, писать-нет. Ани не может ничего. Мой слуга сейчас, как белый лист бумаги. Он даже не помнит, что было месяц назад, словно –заезженная пластинка с периодом проигрыша в тридцать дней.