Академия Ночных Стражей. Ректор в опасности!

Просто так от девочки он ни за что не откажется.

— Почему передумал? — настойчиво произнесла.

— Потому что боюсь.

В его голосе пробивались нотки жалости. Он что, за дуру меня держит? Думает, куплюсь на дешевый спектакль?

— Постой, не кипятись. Дай объяснить, — сказал Косой и поднял ладонь в успокаивающем жесте. Видимо, считал по моему лицу, что я не в духе, и тут же продолжил: — Покойная мать Миры была магом тьмы. Можешь спросить у ее целителя, она живет за городом. Ее я не подкупал, если ты об этом волнуешься.

Мужчина говорил быстро, постоянно спотыкался, повторялся.

Чем дальше погружался в рассказ, тем тише становился его голос и звучал все менее и менее уверенно.

По словам собеседника, мама девочки последние несколько лет своей жизни пыталась избавиться от внезапно пробудившейся в ней магии тьмы. Ни один целитель, к кому они с Рилефом обращались, не смог понять, что послужило первоначальной причиной этой метаморфозы.

Косой утверждал, что у Наиры случались спонтанные приступы злости, и в эти моменты женщина не контролировала ни собственные эмоции, ни темную силу.

Когда принесли кофе, мужчина замолчал, а после того, как официант удалился, произнес наигранно печально:

— Сама знаешь, что в одиночку мне с темной магией не справиться, поэтому зачастую я бывал сильно избит. Иногда побои были нешуточные. Все чаще и чаще переставал узнавать собственную жену.

Рилеф отпил из кружки и замолчал, задумчиво уставившись вдаль. Хотелось поверить Косому, но в глубине души знала, какой он на самом деле – расчетливый, алчный, мелкий бандюга, жаждущий лишь силы и власти.

Возможно, в чем-то он и не соврал, и я обязательно докопаюсь до правды, а пока выслушаю его до конца.

Осторожно открыла свой термос-кружку и перелила в него горячий кофе. Потом плотно закрутила крышку и спросила:

— И ты решил выместить весь гнев, что копился в тебе эти годы, на своей дочке? Классный ход.

Не собиралась искать оправдания тем ужасным вещам, что он вытворял с Мирой.

Мужское лицо исказила злость.

— Нет! — рявкнул Косой.

И напрягся весь: ссутулил плечи, сжал губы и вперил в меня ненавидящий взгляд.

Ну, вот и пришел конец его спектаклю. Я закатила глаза.

— Короче, — явно теряя терпение, мужчина продолжил свой рассказ. — Когда родилась Мира, я свозил ее к целительнице, и та подтвердила, что в девочке присутствует магия тьмы. Сила все еще спит, и когда проснется – неизвестно. Да и не знаю, что мне с ней потом делать, как справляться. Так что можешь забирать Миру себе.