(Не)желанная невеста повелителя драконов

И однажды теплой летней ночью, при ярком свете полной луны в родовое поместье герцога ворвался отряд имперской стражи. Они арестовали леди Керрилон и бросили ее в темницу.

На следующее утро, когда на небе только занимался багровый рассвет и стали слышны мелодичные трели проснувшихся птиц, на глазах у сотни людей, собравшихся на площади, под оглушающую барабанную дробь мать Зегира была казнена.

Двое мальчишек в одночасье стали сиротами…

Тот день герцог не забудет никогда. Потому что всем существом пережил тот миг, когда душа его матери покинула этот мир.

Прочувствовал каждой клеткой своего тела ее отчаяние, страх, боль, а потом… умиротворяющую пустоту.

Как будто на какое-то время малыш перенесся в сознание родительницы: побывал на той площади, взглянул на отрешенное лицо палача… И когда острое лезвие топора сверкнуло в лучах восходящего солнца, сердце мальчика сжалось от боли, от разрыва души.

Тем утром дракон Зегира исчез, оставив внутри пугающую безграничную пустоту... И маленький Зегир пообещал самому себе, что он воздвигнет империю для драконорожденных!

***

Воспоминания из прошлого всплывали в голове герцога одно за другим, пока он «отчитывался» перед матушкой леди Наилии.

Та внимательно слушала рассказ и одновременно явно пыталась не коситься на обнаженные участки его мускулистого торса. Однако, видимо, ничего не могла с собой поделать и раз от разу все же поглядывала туда, отчего ее щеки постепенно багровели.

Зегир заметил странное поведение женщины, хотя не сразу понял, почему дама смущается и куда бросает любопытный взгляд.

Но потом осознал, в чем дело, и, завершив повествование, отлучился ненадолго, чтобы сменить одежду да обработать раны. На удивление, ожоги заживали очень быстро, от них на коже остались лишь красные пятна.

«Видимо, настолько быстрая регенерация как-то связана с пробуждением моего дракона», — подумал мельком.

Вернулся герцог быстро и застал старшую леди Ювиэль на том же самом месте. Она пребывала в полной прострации, смотрела в темную пустоту коридора и, похоже, даже не заметила его возвращения.

Зегир предположил, что женщина сильно волнуется за свою дочку, как и любая другая родительница, окажись та на ее месте. И это было одной из причин, почему он не хотел сейчас продолжать разговор. Другой являлась неосведомленность о роде Ювиэль, которая породила недоверие. Он выстроил тактический план: побеседовать позже с леди Наилией, разведать всю подноготную о ее семье, а дальше — действовать по обстановке.