Оборотень по объявлению. Судьбоносный песец

Но не пугайся, я другая. Я просто тут валялась в соседнем номере и офигевала, как ты столько терпела и еще никого не потравила? Неужели мыслей не было, елы-палы? Ну признайся!

— Были. — Я оторопело следила, как девушка быстро осматривает содержимое рюкзака наемника и морщит нос.

— Ну так что терпела? Знаешь, что тебе скажу: размер не имеет значения. Главное — пофигизм, елы-палы! Правда, ты, отравившись, не встанешь сама, как я. — Блондинка подошла к использованной подвешенной капельнице и скривилась.

— Ладно, как я, даже другие оборотни не могут, так что не расстраивайся.

Девушка наклонилась ко мне низко-низко, рассматривая лицо, а потом взяла прядь волос и сравнила со своими. 

— Смотри, мы даже обе светленькие, что в нашей полосе редкость. Правда, я не отсюда. А ты?

— Не знаю, где мы сейчас, но я родилась в столице.

Я покосилась на подобравшуюся так близко девушку. Можно ей доверять? Выход ли это для меня? Что приготовил для меня Тень? Он говорил что-то про бумаги о неразглашении… А что было бы дальше? Вдруг меня бы заперли?

Девушка между тем, хоть и была словно с другой планеты, выглядела дружелюбно настроенной.

— Мы? Не так и далеко. Ну что лежишь, вставай! Или не можешь? Слышала, как этот волколис говорил, что ты три дня в отключке провалялась. Знаешь, мы чем-то похожи: я три часа пластом пролежала, после того как недавно с медведями сцепилась.

Представляешь, хотели мой улей забрать. Я, значит, его с дерева сбила, в морду сто укусов получила, а они на готовенькое налетели, елы-палы! Представляешь? Так что, встать-то можешь?

— Могу, — только и сказала я, переваривая гору информации.

— Так вставай! Меня бы уже от негодования на месте подорвало, елы-палы! Не хочешь утереть бывшему нос? А песцу?

— Бывшему хочу.

— А с беляшом что? Влюбилась, что ли? Это ты зря! Лямурные дела круче схватки с коброй, елы-палы! Надо постараться, чтобы она тебя как можно меньше раз укусила, а то долго отходить от яда придется.

Я растерянно моргнула, не зная, что ответить. Говорить о любви к Никсу глупо, просто душа болит. Наверное, я просто устала чувствовать себя преданной, а тут опять по больному месту.

— Может, потом? — спросила у невероятной незнакомки.