Оборотень по объявлению. Судьбоносный песец

Завтра выйдешь уже с другой Аленкой, елы-палы! А вот с тобой да, придется поваляться. 

— Я могу местно ускорить человеческую регенерацию, но период восстановления все равно не будет быстрым. Кира, вам требуется моя помощь? Вас кто-то преследует? — спросил Леон, и у меня создалось ощущение, что он не столько ждал ответа на свой вопрос, сколько к чему-то прислушивался. К дыханию? Пульсу? 

— Она пока думает, — вмешалась медоедка, видя, как я растерялась с ответом.

Леон ободряюще мне улыбнулся.

— На стол нужно ложиться уверенной в переменах, — сказал он и повернулся к Аленке: — Кем ты будешь на этот раз?

— Гречанкой! — выпалила медоедка, а потом охнула, сомневаясь: — Или испанкой? Елы-палы, я еще не определилась.

— Ты такая светленькая. Будет сложно сразу перекраситься в черный. — Я почему-то подумала о волосах.

— Не оборотням! Краска на нас держится отвратно, так что проблем со сменой имиджа нет.

Я посмотрела на свои светлые пряди. Если я перекрашусь в темный, и то сожалеть буду.

Что же касается лица? Это слишком серьезно!

— Пойдемте! Кира, вам придется остаться за пределами хирургического кабинета. Хотя вы же коллега. Хотите надеть халат и понаблюдать? Может, даже быть вторым ассистентом?

— Хочу! — Я не сдержала восторга в голосе, и Леон расплылся в понимающей улыбке.

Дотронулся до лепнины на стене и повернул деталь барельефа. Стена отъехала, открывая небольшую коробочку коридора. Стоило нам туда войти, как загорелся свет, а стена позади закрылась.

Со всех сторон зашипели распылители, а следом открылась стена прямо по курсу. Тут висели одноразовые халаты, маски, шапочки для волос, а также находились кабинки для переодевания.

— Ну что, Аленушка, опять я на тебя весь наркоз переведу, — подтрунивал Леон над медоедкой.

— Не утрируй, елы-палы! Половину, не больше! — шутливо возмутилась Аленка в ответ.

И вот, когда медицинские костюмы и маски были надеты, а пациентка лежала под лошадиной дозой наркоза в операционной, началось самое интересное для любого врача — таинство операции.

Леон будто не оперировал, а колдовал. Пальцы ни секунды не тряслись, а руки летали над лицом Алены с воистину нечеловеческой скоростью. Точность просто поражала. Всем оборотням нужно становиться хирургами, а то такие таланты пропадают!

Ассистент из меня получился аховый: я просто не успевала подать нужный инструмент, как первый ассистент уже передавала его, опережая команды Леона. Но мне нисколько не было обидно.