Воровка

Один прыжок, короткий щелчок сомкнувшихся челюстей, теплая лужица крови и — прощай, оберонова добыча…

Однако когда в моих глазах перестали плясать разноцветные звездочки, я с удивлением обнаружила, что не просто жива и более-менее здорова, но и оборотень за недолгое время моего беспамятства не сделал попытки приблизиться. Так и стоял поодаль, сверля меня бешеными глазами, в которых еще не угасла безумная боль, свирепо раздувал ноздри и старался пореже дышать. Похоже, я попала немного ниже, чем планировала, и этим здорово огорчила его самолюбие.

Но огорчаться сама не спешила: ничего, пусть помучается, мне ведь тоже несладко. Подумаешь, с молоденькими кошечками полгодика не сможет заигрывать? Не считаю, что моя жизнь этого не стоит.

Так мы и застыли, тяжело дыша и с яростью глядя друг на друга.

— Чего тебе от меня надо? — хрипло спросила я, едва смогла нормально вдохнуть. — Взбесился?! По башке дали, пока на сеновале валялся?! Или она у тебя с самого рождения дырявая?!

Зверь, опомнившись, глухо зарычал, явно не испытывая никаких угрызений совести.

Единственное угрызение, которое его беспокоило, это наиболее скорое угрызение моей особы. Просто ходить ему пока было трудно, а мне уползти — и вовсе неосуществимо.

— Что?! — вконец разозлилась я. — Белены объелся?! Что я тебе сделала, кот паленый?! Чего ты зубы скалишь, чудовище?!

Он зарычал громче.

— Сам такой! Чего ты привязался?! Я ж тебя не грабила…

И вот тут меня неожиданно осенило.

Новая мысль промелькнула молниеносной догадкой и заставила с досадой треснуть по лбу: вот же гадость какая!

Тихо застонав, я с трудом сумела поднять пораненную оборотнем руку, нашарила в кармане проклятый камешек, который подобрала вчера на чердаке, и неверяще поднесла к глазам.

Ну, конечно… черный камень, червленое серебро на цепочке… кто мог догадаться, что это принадлежит ему? Ему, а не пузатому трактирщику или его любвеобильным служанкам! На черной коже ведь такую штуку не сразу заметишь, да и мех густой… Вот, выходит, почему на шее он так топорщился? Ну да, кто еще мог оставить там этот дурацкий амулет?

Ох… скажи, Двуединый, ну как я могла догадаться?! Кого бы спросила, если он уже ушел?! Небось, когда цепь соскользнула, лохматый этого даже не заметил.