Южная роза

***

Синьор Тересси приехал поздно, весь мокрый до нитки, потому что дождь усилился, а коляска застряла в какой-то канаве и они с возницей её выталкивали. Франческа, которой не хотелось расставаться кузиной, тут же предложила ему обсохнуть и выпить с ними чаю, и, видя с каким энтузиазмом он согласился, снова бросилась трясти колокольчиком, призывая слуг.

Уезжали они, когда город уже тонул в сумерках. И будь Габриэль не так сильно погружена в свои думы по поводу предстоящего отъезда, она бы заметила, как синьор Тересси долго и церемонно прощается с Франческой, целует ей руку и обещает прислать приглашение на университетский бал, а также сводить в оранжерею, где зацвели какие-то редкие орхидеи.

Франческа, разумеется, согласилась. А когда Габриэль села в коляску, она вздохнула со слезами на глазах:

— Ах, Элла!

— Я буду тебе писать, обещаю! — ответила Габриэль.

— Пиши мне каждый день! — воскликнула Фрэн. — Ну или хотя бы через день. Или… Раз в три дня, хорошо?

— Обещаю. Буду писать тебе так часто, как только смогу.

Когда они отъехали, и светлое платье Франчески растворилось в вечерних сумерках, синьор Тересси произнёс:

— Какая замечательная у вас кузина, синьорина Миранди.

Глава 11. В которой путешествие заканчивается не так, как предполагалось

Путешествие в Трамантию оказалось для семьи Миранди утомительным.

Поначалу, конечно, Габриэль и Кармэле было любопытно, и они жадно разглядывали проплывающие мимо пейзажи, зеленеющие поля и многочисленные деревни, разбросанные по берегам полноводной Брегильи.

Благо, синьор Миранди нанял для путешествия просторный и удобный экипаж. Но чем дальше они уезжали на север, тем хуже становилась дорога, а когда показались первые отроги Трамантийских гор, то тряска в карете по камням стала выматывать так, что не помогало ни чтение, ни вязание.

Когда они поднялись на первый перевал, сразу похолодало, и Габриэль закуталась в тёплую шаль, с тоской глядя, как медленно вырастает цепочка заснеженных вершин — Трамантино Сорелле. Три сестры — знаменитые трамантийские пики — стояли, прижавшись друг к другу, заслоняя почти половину неба.

Снег пятнами лежал на самой вершине перевала, через которую они только что проехали, а внизу зеленели долины, прорезанные бурными реками. Вода в них от таянья снегов была стремительной и мутной, неслась вперемешку с камнями и вывернутыми с корнем деревьями. И когда дорога подходила близко к руслу, шум стоял такой, что приходилось кричать друг другу, чтобы услышать хоть слово.