Южная роза

За время их путешествия, увлечённая созерцанием пейзажей, она и забыла о существовании мессира Форстера, и надеялась и дальше о нём не вспоминать, но…

Как отец мог так с ней поступить? Обмануть её! Не может же быть, чтобы он не знал! Почему он не подумал о том, что будут о ней теперь говорить! Чем только этот треклятый гроу так его очаровал?

И сколько, интересно, эти горцы будут ремонтировать мост? Наверное, целую вечность! Неужели всё это время им придётся жить под одной крышей с Форстером? Да не просто жить, он ведь здесь хозяин…

От этой мысли, и от воспоминаний о том, как он разглядывал их бедную гостиную, о его корзине с фазаном и пирожных, его усмешке, речах о клопах и чахотке ей и вовсе сделалось дурно.

Жить здесь от его щедрот? Ведь скажут, он приютил их… из жалости. Облагодетельствовал! Боже! Как это всё унизительно! Если он и хотел отомстить ей за отказ в розовом саду, то это у него вышло сполна.

Она надела шляпку, порывисто завязав ленты, и стала теребить в руках платок, безжалостно отрывая от него кружево, и всё не могла успокоиться.

Никогда ещё она не чувствовала такой обиды, ярости и бессилия, как в этот момент. И стоило ей подумать о предстоящей встрече, как она готова была пойти пешком обратно, только бы не видеть самодовольной усмешки Форстера. Было бы куда идти.

Кармэла схватилась за молитвенник и принялась бормотать с удвоенной силой, шумно перелистывая страницы, а синьор Миранди стал рыться в портфеле, делая вид, что не может найти очки.

Мысли метались в голове Габриэль, она отчаянно пыталась придумать способ, как избежать ненавистной встречи, но в данный момент ситуация казалась безвыходной.

— Мы можем вернуться в гостиницу? — обратилась она к синьору Миранди.

— Элла! Сейчас будет крайне невежливым не оказать уважение мессиру Форстеру, ведь он был так добр…

Ну, ещё бы!

Колёса протарахтели по мосту, кованые ворота распахнулись, и, проехав подъездную аллею вслед за весёлой сворой, экипаж остановился у входа.

Им навстречу вышел пожилой мужчина в ливрее и представился как Натан — дворецкий мессира Форстера. Самого хозяина, как оказалось, сейчас на месте нет, но он уже распорядился предоставить гостям комнаты и обеспечить всем необходимым.

Габриэль с облегчением выдохнула. Кажется, мессиру Форстеру крупно повезло, что он не попался ей прямо сейчас, а может, крупно повезло ей, потому что… получилось бы, наверное, жутко неудобно.