Южная роза

Не знаю, смогу ли я танцевать кадриль, да и вообще я предпочитаю вальс. Хотя вряд ли вы знакомы с этим танцем, слышала, горцы любят что-то более… ритмичное и с барабанами, — ответила Габриэль, не глядя и порывисто натягивая перчатки.

Но её намёк на то, что все горцы — дикари, а вальс — танец доступный лишь высшим слоям культурного общества, собеседник снова пропустил мимо ушей. А она так недеялась, что хотя бы это остановит настойчивого северянина.

— Подвернули ногу? — спросил он с притворной заботой и тут же предложил Габриэль руку, согнутую в локте.

— Позвольте, я провожу вас или, быть может, позовём доктора? И, разумеется, я согласен на вальс. Обожаю вальсы.

— Вы очень любезны, мессир, но мне поможет кузина Фрэн. Фрэнни! — Габриэль помахала рукой Франческе, которая весь этот разговор пряталась за кустами жасмина.

— Тогда увидимся на балу, синьорина, — Форстер чуть склонил голову, — и кстати, теперь, когда вы победили свои руки, прошу…

Он достал ещё один платок и протянул Габриэль с улыбкой:

— …нос вы тоже испачкали, видимо… сажей.

Это стало последней каплей. В этот момент Габриэль поняла, что, кажется, ненавидит Форстера всеми фибрами своей души.

Глава 4. О словах, вырванных из контекста

— Элла? Ты что, так и будешь прятаться здесь? — спросила Фрэн, обмахиваясь веером. — Ты пропустила уже половину танцев!

— Не половину, а только вальсы, — ответила Габриэль, — и вовсе я не прячусь — просто не хочу танцевать с «этим гроу».

На самом деле она, и правда, пряталась. И причин этому было несколько. Во-первых, она действительно не хотела танцевать с Форстером настолько, что пошла и потихоньку узнала у маэстро расписание танцев. А затем стала следить, с кем танцует Форстер, и заранее, как только ожидался очередной вальс, быстро уходила из освещённой части внутреннего двора, чтобы не попасться ему на глаза. И хотя она очень любила вальсы, но сейчас готова была пожертвовать ими ради того, чтобы не оказаться в опасной близости от «этого гроу».

Почему её так злило и пугало его присутствие, она объяснить не могла. Но мысль о том, чтобы находиться с ним рядом, приводила Габриэль в замешательство.

А второй причиной стал подслушанный ненароком разговор двух синьор, которые, как оказалось, непринуждённо обсуждали её — Габриэль Миранди. За это нужно было сказать отдельное «спасибо» Фрэн.