Южная роза

И, с одной стороны, теперь у неё просто язык чесался от нетерпения взять реванш, а с другой, она понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет, и лучше бы ей вообще ускользнуть от внимания наглого северянина. Поэтому подойти к ним Габриэль не решилась. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь подумал ненароком, что она ищет общества «этого гроу». Но укрыться в беседке от зорких глаз мессира Форстера ей не удалось — он увидел её издали, учтиво поклонился, шепнул что-то синьору Миранди, и отец тут же обернулся, помахал рукой, предлагая присоединиться к ним.

Я буду вежливой и спокойной…

Я сделаю вид, что ничего не было…

Она поцеловала в щёку отца, распахнула веер и принялась обмахиваться, чтобы хоть как-то скрыть своё волнение.

— Синьорина Миранди, — Форстер учтиво её поприветствовал, церемонно поцеловал руку, затянутую в изящную кружевную перчатку, и добавил тихо, так, чтобы синьор Миранди точно не услышал, — как жаль… что нет повода предложить вам снова свой платок.

Габриэль вспыхнула.

Этот наглец никак не уймётся? Да как же можно быть таким невоспитанным! Зачем всё время намекать девушке на её нечаянный конфуз?

— «Как жаль», что дела так надолго задерживают вас на юге, мессир Форстер. Вы северянин, и, наверное, жутко страдаете от нашей жары. На вашем месте я бы просто мечтала о том, чтобы поскорее отсюда… уехать, — произнесла Габриэль с притворным сочувствием, проигнорировав напоминание о её вчерашнем фиаско. Она едва удержалась, чтобы не сказать «поскорее отсюда убраться», но вовремя остановилась и спросила с ледяной вежливостью: — Так как скоро вы уезжаете?

— Не раньше, чем осмотрю ваш прекрасный сад, синьорина Миранди, — улыбнулся Форстер, сделав вид, что не заметил сарказма, — у нас в горах розы не растут, знаете ли.

Только шиповник. А мне хотелось бы увезти с собой какое-нибудь тёплое воспоминание о нашей встрече… помимо вчерашнего чудесного вальса, — он повернулся к синьору Миранди и добавил, — ваша дочь прекрасно танцует, Витторио. Мне понадобилось немало усилий, чтобы выкроить местечко в её расписании танцев.

— Вашей изобретательности можно только удивляться, мессир, — тихо ответила Габриэль.

Он уже называет отца по имени! Немыслимо!

— Да, Александр! — воскликнул синьор Миранди. — Это у неё от матери. Моя Джулия прекрасно танцевала. Я впервые увидел её именно на балу и сразу же влюбился! Представьте, что мне понадобилось целых два года, чтобы добиться её согласия.