Дневник беременной или Лучшее средство никого не убить

– Ведь опозоримся перед всей округой! Огребем коровяка по самые… о-ох! Ведь, куда ни глянь – кругом носами надо в дело тыкать! Будто ко мне одному приедут своими по сторонам водить?! Да что за народ то у нас такой?! – и обвел собравшихся у лавки гневно-страдальческим взглядом.

Вслух ему отозвалась лишь ушастая собачонка, прикормленная по доброте здешней лавочницей: она сначала согласно тявкнула, потом зевнула и на всякий случай, подняла пыль своим куцым хвостом. Остальные трое слушателей тоже, конечно, прониклись (кроме Стэнки, коя на деревенскую суету смотрела с позиции «окраинного окна»), но вслух выражать состраданья не стали.

Староста же, выпустив пыл, сплюнул и развернулся в сторону дороги «тыкать носами» дальше.

- На берег до церкви пошел, - с ладонью на лбу прищурился ему вслед Горан.

- А что у нас там? – живо вскинулась востроглазая бабка Ружана. – Еще вчера добелили видные три стороны. Сегодня девки грядки цветами засадили, - и обратила зрение на застывшую в раздумьях у крыльца Стэнку. – А ты там была, девонька?

- Где? – уточнила оная.

- А у церкви нашей?

- Я что, гряд или цветов доселе не видала?

- А-а. Ну, это – да. Ну, это конеч…

- Доброго здоровья, - глядя в раззявленный старушечий рот, произнесла Стэнка и тоже по-быстрому зашагала к своему «окраинному» дому.

Ох уж эта предпраздничная канитель! И обижаться или радоваться, что нужда в тебе есть лишь при побелке и посадке? Ведь в остальном (снеди на столах да хоровых горланьях) всегда обходятся без Стэнки (вдруг, кого отравит ненароком, иль не те слова проорет?).

Конечно, Стэнка поначалу обижалась - на кухне управляется не хуже других стожковых баб, да и голосом могла заткнуть за пояс многих. А потом смирилась - напустила на себя гордый вид, будто ей и вовсе то не надо. Совсем не надо. А вот что тревожило сейчас не на шутку…

Новый настоятель их церкви. И ведь дернул черт тогда, на озере, произнести это слово: «ведьма». Точно, черт. А теперь живи и думай: принял он его всерьез? Ведь одно дело, когда другой на тебя «поставит клеймо», а тут сама, будто им хвалится… И Стэнка, даже сбавив по тропинке шаг, глубоко вдохнула, устремив карий взор к озерному берегу.

Туда, где стояла их кирпичная, свежевыбеленная церковь:

- Да уж скорей бы ты свалил, Святой отец, - и зашагала быстро дальше…

Впрочем, отец Зоил к воплощению мечты Стэнки не стремился. Даже наоборот, приобретал всеобщее признание. И уже через седмицу повалил народ на службы в церковь. Особенно, младые девы.