Дневник беременной или Лучшее средство никого не убить

Стэнка и слова больше не произнесла, осмысливая всю дорогу: что с ней? И как она могла в один день постигнуть столько? Столько разглядеть? В итоге оказавшись в месте, о котором и мечтать не смела. В запретной части мира.

- Вот это – наша баня.

- Матушка… моя.

Она попала в… рай. Ой, то – опять грех. Хотя у травниц «рай» особый. Из трав, цветов и спелых ягод, струй воды из родника, камней, прогретых солнцем, сизого тумана, прелой земли… Всё это она, вдруг, разглядела, закрыв глаза и лишь вдохнув. Лишь переступив порог.

Повсюду: на земляном полу, узких полатях, лавке было набросано свежее сено. Пучок из трав плавал в котле с водой на каменной печи. А жар сухой, духмяный обволок и сжал в объятьях: вот только «Ах!» и не дышать, не думать ни о чем… Рай…

Стэнка сидела на лавке, раскинув руки и… млела. Рядом – ушат с горячей мыльной водой. Мокрые волосы рассыпаны по опущенным плечам. Капли с них щекочут кожу, собираясь по обмякшему распаренному телу в струйки. Струйки эти медленно бегут вниз… бегут… бегут…

- Сестра Стэнка? Вы там…

- Да-а-а?

За дверью что-то брякнуло.

Потом вновь стихло:

- Может… хм-м… просто, я не знаю, может, в деревне так принято, чтоб по часу в бане…

- Да-а-а… - ну, ничего себе, уж целый час.

- Угу… Я всю еду сюда принес, - вновь огласилась дверь. – Вы уже попарились? Там веник в ушате в углу, если еще нет.

- Не-ет.

- Нет? – переспросили удивленно. – Ну тогда…

- А вы-то сами паритесь, Святой отец?

- Я?! Конечно, - усмехнулся он.

Стэнка расплылась в улыбке. Потом блаженно потянулась:

- Так может, меня тогда сами и… попарите? Или…

- По-парить? Вас?

- Ага-а. Или и это грехом считается?..

- Ладно.

- Что?! – опомнившись, вскинулась она.

За дверью повторили:

- Ладно. Там на гвозде справа от двери висит старая простынь. Она чистая. Накиньте на себя.

Стэнка, подпрыгнув с лавки, распахнула рот: вот что за дурь? И чем навеяло? Всё эта баня! «Рай». О-о. И что теперь?.. Где эта простынь его? Нашла глазами, сдернула и быстро обмоталась.

Получилось по плечи и чуть выше колен. Что дальше?.. Тишина… Сам передумал? Скорей, одумался…

- Святой отец? – пропищала Стэнка, придерживая простынь на груди.

- Вы уже готовы? – строго спросили с той стороны.

Она вздохнула, закатив глаза к сажному потолку:

- Ага.

Низкая дверь скрипнула и вместе с порывом свежего воздуха, порог переступил Святой отец. Ни капельки смущенья на лице. Рукава рубахи и штаны – закатаны, босой.