Дневник беременной или Лучшее средство никого не убить

Удивленная, но настроенная всерьез. Я обозрела ее с головы до ног и запустила в квартиру:

- Проходи.

- Агата, а что случилось то? – засуетилась она с пуговицами на пальто.

- Да ничего, - отступив в сторонку, сложила я руки на животе. Сын мой в очередной раз «возмутился». – О-ой.

Подруга замерла у вешалки:

- Точно «ничего»? Я, когда с курьером твою записку получила, и потом, всю дорогу сюда на возчике, в догадках мучилась.

- Ага. Разгадку сразу не обещаю. Проходи, давай, - и первой пошлепала на кухню.

Софико – за мной. – Мне помощь твоя нужна.

- И в чем?

- Чай будешь?

- Спасибо. Агата?

- Что? – обернулась я с чайником в руке.

- Ты выглядишь неважно. И бледней обычного.

- Софико, все нормально, - и сморщилась на новый пинок в живот. – Мне нужно отлучиться по делу. Очень важному и…

- Ник – не в курсе, - понятливо скривилась та.

Я вздохнула и кивнула:

- Ага. В этом и проблема. Ты меня прикроешь.

- Это – как? – хлопнула подруга ресницами.

- Варвару встретишь с занятий, накормишь.

Я приготовила обед. Скажешь, что я в магазин ушла. И маме моей – тоже самое, если нагрянет.

- А ты куда?

- По делу, я же говорю.

- «Очень важному», - повторила она, уставясь в чашку с чаем. – Агата?

- Что?

- Я помогу тебе… Раз ты так… настроена. Раз надо.

- Ага. Мы же – подруги. А подруги друг другу помогают.

Женщина улыбнулась:

- Помогают. Надеюсь… да я знаю, раз…

- Надо, Софико. Мне очень надо. Мне тоже надо помочь. И я уже пошла.

- Иди, подруга, - и, вдруг, встала. – У меня кроме тебя подруг нет. Никогда их не было. Агата?

- У меня – тоже, - остановилась я на секунду.

- Береги себя и сына.

Я постараюсь. И, превозмогая боль, оделась. Софико, выйдя следом, больше ни слова не произнесла. Просто молча встала у косяка в прихожей. А мне внезапно захотелось ее обнять, но… зачем пугать и без того напуганную? Поэтому, я не оборачиваясь, вышла в парадную.

В нашей бакалее на углу было полно народу. Раскупали яйца к Пасхе, попутно обсуждая рецепты куличей, и на каком развале свежее творог.

Я тоже медленно прошлась вдоль благоухающих прилавков и, вынув из кармана своего пальто платочек, незаметно сунула его за тумбу со цветком. Вот так, мой любый. Для тебя я – здесь. Ты ведь часто мне говоришь: «Что так долго можно разглядывать на полках в магазинах? Так пусть твоя метка-ориентир и поторчит вместо меня». Сама же направилась наружу и вскоре обозначила подвал.