Любовь по лицензии, или Я вас сотру в порошок!

Я была настолько поражена подобным гостеприимством леди Элеоноры, что даже и не знала, как отблагодарить ее в ответ.

— Позвольте спросить, Аня. Что вам даст прошлое этой девушки? Зачем искать ее корни, когда вам выпал такой шанс.

— Не очень понимаю, о каком шансе идет речь…

В целом меня устраивало мое житье-бытье в нашем мире. Не могу сказать, что у меня были времена, когда хотелось прогуляться вдоль высокого моста, или особо тщательно помыть балкон с обратной стороны. Такие мысли меня не посещали от слова совсем.

Одиночество пугало, временами. И водички никто не подаст попить в старости, если я, конечно, до нее доживу. А теперь и вовсе не понятно сколько мне отмеряно в этом теле.

— Телекинез откроет вам уйму возможностей. Правда афишировать особо этот редкий дар не стоит, особенно, когда вы находитесь в таком состоянии и не обучены жизни здесь.

— Я сейчас умру, если мне никто не поможет со шнуровкой, — взмолилась я отставляя чашку горячего травяного напитка на передвижной стол-поднос.

— Тринни, — позвала женщина прислугу. — Помоги встать леди…, — Элеонора запнулась на мгновение, не зная, как меня представить девушке. — Леди Энн, — уже более уверенно произнесла женщина и улыбнулась.

Реакция прислуги не заставила себя долго ждать, девушка почему-то удивленно вскинула одну бровь и более внимательно стала меня рассматривать.

— Леди Элеонора, неужели ваши молитвы были услышаны, и она нашлась?

— Да, Тринни. Сегодня великий день нашего воссоединения.

— Конечно, — кивнула девушка и бойко, твердой рукой дернула у меня за спиной на себя шнуровки.

Кто бы знал, что придется ходить в подобной удавке заранее бы вписала это в лист желаний. Хотя может оно и к лучшему, что не вписала, а то поместили бы меня в тело, какой-нибудь немощной или не ходящей, или того хуже в лягушку бы засунули.

— Я не буду вас спрашивать о великом дне, но хотя бы скажите, как мне откликаться теперь в своем новом статусе, чтобы не попасть в просак.

— Энн Фергюсон была моей племянницей, — проговорила леди Элеонора, когда Тринни вышла из комнаты с моим корсетом в руках.

О! Тайны, интриги, расследования.

— Она умерла? — предположила я.

— Никто не знает. На дом сестры напали. Грабители вынесли все ценное, а сестру с мужем… Их лишили полностью магических сил, выпили, как дорогое вино без остатка.

— Разве отсутствие магии лишает человека жизни?

— Нет, милочка, что вы.