Очешуеть! Я - жена дракона?!

   - Ты виси себе, виси, хе-хе! – бородатый вытянул язык, свернув его трубочкой, и поймал струйку на него.

   - Вот ща надеру твой тощий зад!

   Мы снова услышали треск.

   Увидев, что даме осталось совсем немного до свободы, хитрец снова начал расковыривать дырочку в крышке. И, конечно же, его жадность была наказана: из бочки ударила мощная струя.

   - Вот ведь бракодел, столько добра извел! – простонала дама, так работая руками и ногами, что даже ботиночки улетели прочь.

   - Не ижжжжжвел! – бородатый разинул пошире рот, и золотистая жидкость начала заливаться в него, как в резервуар.

   Я с любопытством изогнула бровь, наблюдая, как она исчезает в небольшом, судя по всему, существе. Он что, бездонный, что ли?

   Хотя, нет. Лицо нашего героя начало краснеть, щеки раздувались от натуги. А потом бочка спружинила от его надувшегося пуза и отскочила в сторону!

   - Ох, не можу боше, - признался бородатый, положив руку на шарообразное брюхо.

   - Не может он! – злорадно повторила дама. – Я вот тебе ща устрою, колбаса заплесневелая!

   Не выдержав ее трепыханий, труселя порвались, видимо, окончательно, и остались веселой розовой тряпочкой висеть на гвозде. Их хозяйка, шлепнувшись на землю, тут же подскочила, словно мячик. А через секунду этот мячик превратился в злобное пушечное ядро – которое с низким завыванием пошло на таран! И прямиком на бородатого!

   - Вот те раз! – подбежав, она со всей силы пнула его.

– Вот те два! – вцепилась в бороду. – И еще! – отхлестала по щекам, подняв в сидячее положение.

   - Отой-ди!

   - Я те отойду! Ща как… - наша разбойница замолчала, так как из недр избиваемого мощной струей, которой позавидовал бы и кит, ударило переполнившее его золотистое содержимое.

   И аккурат ей в лицо, перекрыв путь красноречию.

Глава 28. Ободок

   Когда фонтан «иссяк», оба упали на спины и сложили ручки на пузе.

Мы с Итаном тоже уже держались за животики, настолько уморительны были эти незнакомцы. Им бы в цирке выступать, полнейший аншлаг собрали бы!

   - Вот, ик, дура-баба, ик! – высказался бородатый, лежа в луже, если судить по запаху – перебродившего яблочного сока.

   - На себя глянь, - отозвалась дама. – Повидло старое!

   - Хватит ругаться, - вмешалась я.