Папа для юного дракона

- Вы хотели уморить меня танцами без отдыха!

- Если бы я и хотел вас чем-то уморить, то совсем не танцами! – его здоровый глаз сверкнул, словно внутри был припрятан фонарик.

Розенталь же растеряно посмотрела, не понимая подоплеки его слов. Дело в том, что у графини была своя тайна, которую она берегла как зеницу ока.

Музыка закончилась. Но Алан не отпустил женскую руку.

- Герцог, меня не нужно провожать на место, - Марьяна робко потянула руку, но он сжал ее еще сильнее.

- Я провожу вас, куда скажите. За одно и с сыном познакомлюсь.

Они пришли в детскую.

- Верес! Домой пора! – позвала ребенка Марьяна. Малыш тут же подбежал. Он уже устал и периодически тер глазки. Мама подняла его на руки и направилась к выходу, сильно удивившись факту, что герцог застыл как каменное изваяние и ничего ей не сказал. Зачем, спрашивается, вызвался провожать? Было даже немножко обидно. Ему так не понравился ребенок? Что ж, это его проблемы. Она снова долго не будет выходить в сет. И они точно никогда не встретятся. Старухе Ардон графиня Розенталь все же была благодарна.

Опустив спинку детского сидения так, чтобы, если Верес уснет по дороге, дальше ехал с комфортом, стала сама забираться на козлы. Внезапно ее остановил окрик:

- Подождите! – к ним быстрым шагом шел герцог. Он удивленно посмотрел на женщину на козлах, вопросительно приподнял бровь. Но ничего не сказал по этому поводу, а лишь добавил:

– Марьяна, позвольте я завтра нанесу вам визит?

- Визит? Мне? – женщина, прожившая два года почти в полном одиночестве, искренне удивилась.

- Графиня, вы меня, честное слово, удивляете все больше и больше. Зачем наносят визит понравившимся женщинам? – сверкнул белозубой улыбкой герцог. И она в один миг преобразило его лицо, сделав даже привлекательным.

- А я вам понравилась? – нет, Марьяна не хотела покрасоваться. Она действительно сильно удивилась и растерялась.

- Поверьте, для других дел я на утренние визиты не напрашиваюсь, предпочитая являться в гости ближе к ночи, - тайный смысл, заложенный в его слова, каким-то образом дошел до нее, и графиня смущенно улыбнулась, сильно покраснев.

- Малыш встает в девять, примерно полчаса мы тратим с ним на умывание и завтрак. После этого его настроение поднимается, и мы вполне можем себе позволить принимать гостей, - пожала она плечами, давая понять, что оставаться наедине с Гольденброуком она не собирается.