Нечаянное счастье принца Велимира

Решения тоже принимал стремительно, поэтому мы с Лёхой не успели моргнуть глазом, как он сдал меня принцу, и я всего-то успела, что выругаться и подумать о том, как хочу учиться в МАА, перед тем, как провалиться в портал.

Не знаю, как это у меня работало, но выбросило меня прямо у ступеней крыльца моей будущей альма-матер: растрёпанную, босую, без денег, но, слава Богу, в спортивном костюме и с документами.

Огромное спасибо Алессии, которая многому меня научила за эти дни, моей хорошей памяти и толерантности Анилеи, но я пошагала по ступенькам в полной уверенности, что на улицу меня не выгонят.

Несмотря на поздний час, двери в учебный корпус оказались открыты, и я без сомнений направилась к кабинету ректора.

Я уже говорила, что Анилея мне напоминала нашу Америку, так вот, не могу судить: кто у кого что копировал, но здесь тряслись за права всяких меньшинств, равенство и свободу неменьше, чем у нас. У них даже своя статуя Свободы была в столице, правда, тут она изображала представителей разных рас, стоящих на плечах друг у друга, как в цирке акробаты изображающие пирамиду.

Кто стоял на самом верху, мне разглядеть не удалось, но Лес утверждала, что это был мелкий бес.

Благодаря ли этому или другим заслугам, академию возглавляла орчиха… Ой, наверное, так нельзя говорить. Скажу иначе: женщина-орк Фрида Карлос, которую я и застала в кабинете за распитием чего-то вкусного, судя по её блаженному выражению лица, которое, прямо скажем, на физиономии женщины-орка смотрелось пугающе.

— Здравствуйте, госпожа ректор.

Можно мне войти? Я к вам с бедой, — заглянула я в кабинет, постучавшись.

Тут я попыталась выдавить слезу, но она не выдавливалась, но госпоже Карлос хватило моей сморщенной мордашки и босых ног, на которые она пристально уставилась.

— Заходи, деточка, и рассказывай.

Ну, я и рассказала. Лес, когда мы получали документы, говорила, что анилейцы любят защищать обиженных и обездоленных, а я именно такой и была.

— Меня зовут Арина Вистен, и я поступила на первый курс в вашу академию.

— Ректор открыла записи в своём магютере и покивала головой. Нашла данные, видимо. — Мы с сестрой беженцы из Володарии.

— Переходи ближе к делу, лапочка, — скосилась на свою кружку орчиха, простите меня, анилейцы, но про себя я её буду называть так.

— Дело в том, что моей сестре срочно потребовалось уехать обратно в Володарию, к жениху, а дом, где она оставила меня жить, вот только что сгорел.

Я опять скривилась, в попытке выдавить слезу.