Дети Асмеи

— Я думала, за платье дадут побольше. Купил бы за деньги.

— Не должны они знать, что у нас есть деньги, Талия. Я сказал, что нашел его в реке.

— А тряпка эта зачем? – Талия попыталась свернуть ее так, чтобы можно было пристроить на голову вместо платка, но потом решила порвать ее на три части.

— Твоя рубашка, - он, не поворачиваясь, указал на сорочку Талии, и та чуть не провалилась от стыда – ткань сзади была сплошь в засохших уже пятнах крови. Это то, из-за чего Шита была так весела вчера вечером.

Сняв сорочку, Талия надела серое платье, телогрейку, повязала на голову платок.

Туго свернула сорочку, и засунула за пазуху.

До утра они не сходили с лошадей. Боясь нарваться на стражей, которые могли ехать впереди какого-нибудь лорда, проверяя дорогу, ехали медленно, останавливаясь каждые полчаса, чтобы прислушаться.

Рано утром Векс свернул с дороги, направляя лошадь к ручью, вдоль которого они ехали еще час.

— Поспим здесь, лошади попьют и тоже отдохнут.

— Куда мы едем, Векс? – наконец спросила Талия, которой, казалось, было совершенно наплевать, в какую сторону везет ее брат, лишь бы подальше от замка лорда Норстарм.

— Мы едем в Дималь, Талия. Это единственное место, где тебя не достанет виселица, - Векс ответил так спокойно, что по телу Талии холодной колонной прошли мурашки.

Часть 2. Виселица

— Виселица? – переспросила Лия.

— Да, за то, что ты попыталась, а тем более, если убила младшего лорда Норстарм…

— Я убила бы его еще раз, Векс, и твое право бросить меня…

— Значит, убила. Это хорошо.

Потому что если бы он остался жив, то сделал бы все, чтобы найти тебя. У старого лорда меньше сил, да и горе просто заставит его больше пить. А вот младший…

— Почему ты молчал, что понял это?

— Потому что «мертвые не говорят», Талия. Меня считают мертвым, и нам это на руку. До Дималя лучше бы нам не встретить никого.

— Но до Дималя очень долго, Векс, - Талия присела на плащ, который брат расстелил для нее.

— Не дольше жизни. Не бойся, я ни за что не открою твою тайну, - он присел рядом, обнял ее и прижал к себе так крепко, что Талия выдохнула и заплакала.

Никогда она не плакала раньше, и это заставило Векса отпустить ее, отстраниться и посмотреть ей в глаза. Потом он снова прижал девушку к себе и, раскачиваясь, словно баюкая младенца, принялся бормотать под нос известную им обоим детскую песенку. Она пока не должна знать, что хранить ему придется целых две тайны.

Мельницу они заметили издали. Лия увидела, как брат сощурил глаза и прикусил губу.