Дети Асмеи

Талия ощупала ногу выше колена, но там плоть под кожей была еще податливой, и ее даже можно было ущипнуть.

— В доме есть жаровня? – Талия опустила одеяло и посмотрела на девушку. – Мы можем попробовать ей помочь. Все не так уж и страшно. Она борется сама.

— Моя матушка ни за что бы не отдала меня за Маркита. Отец считает, что он все знает лучше, чем братья. Он даст ему денег на свою мельницу, но его мать меня со свету сживет. Видят Двое, не будет мне спокойной жизни. Видела я, как он Марту бьет, - Кория вдруг тихо зашептала, из глаз ее хлынули слезы.

— Кто эта Марта? Талия попробовала увести разговор в другое русло.

— Крестьянка из деревни. Муж ее погиб в войну. Она кормит троих детей. Приходит к нам, когда стадо возвращается, а братья привозят сыр и масло. Она помогает матушке все подготовить, и они с Маркитом возят все на базар. Спит она с ним, а он дает ей лишний горшок масла и муки.

— Понятно. Теперь давай попробуем помочь Хосине. Ведь она не даст отцу выдать тебя за него? – Талия мотнула головой в сторону лестницы.

— Не даст… - девушка запнулась и уже перестав плакать спросила: - Как тебя зовут?

— Мина. Вели Маркиту принести жаровню, открой ставни, несите котел, воду и все ножи, которые есть дома. Если в запасах есть горе-трава, то и она пригодится.

На слова о траве Кория свела темные, но красивые, словно нарисованные брови к переносице. Темные глаза блеснули, как ножи.

— Если заварить ее в молоке, твоя мама только заснет покрепче, чтобы не чувствовать боли, - уверила девушку Талия.

Такие травы в доме хранили женщины, ее запах знал каждый. И даже небольшая щепоть в похлебке с травами не спрячет запах горе-травы. Ее пили совсем слабым раствором от болей, но, если заварить в кипящем молоке, как учила Талию няня, человек проспит больше суток, а проснувшись, не вспомнит что с ним было в последний день. Две ложки такого отвара помогут несчастной женщине.

— Хорошо. Только обещай, что ты не убьешь ее.

Ты же слушаешь заветы Двоих и не договариваешься за их спиной с Лукавыми? – Кория не решалась сделать шаг в сторону лестницы. Ключи на ее поясе явно скрывали и тот, которым открывалась женская кладовая.

— Я чту Двоих и хочу помочь тебе, чтобы ты не жила без матушки, как я. Страдания, что дала мне жизнь без нее, похоже, не закончатся никогда.

— Идем, мы вместе скажем молитву Двоим…

— Мы потеряем время, Кория.