С Кощеем жить — злодейкой быть

– Но сейчас я не могу найти решения, папа. И не могу остановить слезы.

Так всю ночь и ревела, доведя себя до дрожи с икотой.

Глава 6. Заколдованный остров

Когда я подскочила с кровати, кто-то кричал. Громко, истошно, предсмертно. С хрипами.

Ворвалась в гостиную. Там на диванчике спал Кощей. Прямо во вчерашней одежде. На мои толкания он щелкнул пальцами, что-то сверкнуло, но ничего не произошло. Я схватила лежащую рядом трость и применила прием «дайте мне точку опоры, и я переверну Землю, тьфу ты, Кощея».

Свалившийся на пол Кощей потер глаза и сказал:

— Убью.

— Ну так скорее убивай!

— Еще никто так не торопился на тот свет, даже в пыточной. — Лежащий на животе на полу Кощей приподнялся на локтях.

— Ты не слышишь? Кто-то кричит. Иди скорее. — Я волновалась и тряслась, боясь, что кричавший уже мертв. Но понимала, что своими цыплячьими силенками ничем никому не смогу помочь.

— Куда?

— Спасать.

Кощей наконец-то перевернулся на спину и сфокусировал взгляд на мне.

Его зрачки расширились, а рукой он пошевелил, чтобы на нее опереться и поближе рассмотреть мой кружевной бюстгальтер.

— Не посмотрю на твои года и врежу этой тростью так, что радикулит не спасет. Встал и пошел спасать. Кто у нас в доме мужик, а?

Последнюю фразу я сказала в интонации своей младшей сестры. Действовало безотказно. Вот и сейчас Кощей встал на ноги, а трость отобрал.

— Кого я, по-твоему, спасть должен? Звонок? — Столкнувшись с моим недоумением, пояснил: — Это оповещающий сигнал о скором начале занятий.

— А зачем такой истошный?

— Чтобы проснулись и поняли, что мы вовсе не свободные студенты. Наверно. — Кощей стоял в помятом черном костюме и саркастически ухмылялся, оглядывая меня с головы до ног.

Мне стало стыдно. И даже не столько из-за того, что свалила Кощея с дивана (это мне даже понравилось после его вчерашнего отказа мне помочь), а с того, что нахожусь тут в одном белье. Меня бы оправдало спасение чьей-то жизни, но не звонок на урок.

Покраснев до кончика левого мизинца, убежала в комнату. Захлопнула дверь, оперлась на нее спиной и тяжело задышала. Хорошо хоть, что опростоволосилась не перед парнем, который мне нравится. Можно представить, что это случилось перед каким-то дедушкой, верно? Триста лет — не шутки.

Да мне даже сорокалетние кажутся стариками. И если они мне однажды начнут нравиться — это точно будет показатель, что мне уже тридцатник.