Живая, мертвая, влюбленная: Попасть на Некро

Я всегда вижу тонкую грань реальных событий и вымысла уставшего разума. Но, Всевышние, какие же красивые образы создает изможденный за день эмоциями и бодрствованием мозг!

– Вы должны были сразу сообщить мне!

В мое пассивное созерцание сновидений внедрился крайне недовольный голос. Из-за повышенного тона картинка начала туманиться, а тело подавать характерные признаки пробуждения.

Ну спасибо тебе, неизвестный истерик, такой чудесный сон испортил!

– Но она же студэо нашей академии, – неуверенно оправдывалась Диона.

Я сразу узнала этот скрежещущий писк. Такие особенные голосовые связки имели только зиноки.

– Какая студэо?! Это мертвец! – мужчина так разозлился, что даже взвизгнул в конце и тут же прокашлялся.

– Кха-кха. Госпожа Вэйс, сегодня пребывает Софуто Нами[1] из рода водных драконов. Что бы вы делали, если бы я опоздал? – уже со спокойной яростью спросил голос.

– П-пропустила... – женщина была напугана и мыслить здраво не могла.

– Отлично! Беспрецедентный случай: прошлая глава клана Суиро[2] сожрала новую главу клана.

Как же он орет. Припадочный какой-то. Что ж, придется просыпаться, все равно в покое не оставят. Они пока стоят за дверью, но кто им помешает вскоре перенести свой скандал ко мне в комнату?

– Но, декан Сальфо, она не пахнет как...

– Да плевать мне, как она пахнет! Свежеподнятые не воняют! Минимум через двое суток, а если некр профи, то и до недели может не быть запаха гниения! – читал лекцию, как оказалось, декан.

Он и в правду решил, что такие тонкости известны зиноку, что всю жизнь проработала комендантом одного этажа и ни разу не присутствовала на лекциях? Похоже, кто-то просто любит, чтобы его слушали. У этого неизвестного Сальфо комплекс собственной значимости, не иначе.

Я открыла глаза и тут же закрыла. По отвыкшему за ночь от света зрению остро полоснуло кипенно-белое покрытие потолка. Мне понадобилось несколько минут, прежде чем я привыкла к вырвиглазной чистоте комнаты.

Вчера в темноте меня это не сильно волновало, ибо свет я не удосужилась зажечь, не до этого было. А теперь, когда в два широченных окна, при этом одно в пол, за ним балкон, лился утренний свет, моя душа бунтаря неистово билась и рвалась заляпать это стерильное помещение краской, на крайний случай грязью. Это ж какой любительницей света нужно быть, чтобы выбрать рассветную сторону общежития! Пять утра, светло как днем.