Последний защитник для альвы

Что я могу?

- Ты можешь просто улыбнуться, - сказал он.

Ивен едва сдержалась. Едва усидела, хотя так хотелось вскочить и…

Что она может?

Устроить истерику?

- Может быть, я хочу твоей любви? – сказал он почти серьезно. – По-настоящему.

- Любви? – Ивен вдруг почувствовала, что голос дрогнул. – Это не самый лучший способ.

- Не лучший, - согласился он. – Поэтому для начала я честно пытался просто поговорить. И увидеться снова. Разве это так сложно? Но ты отказалась. И что мне было делать? Отпустить тебя? Смириться и никогда больше не увидеть?

- Ты слишком привык получать свое, - тихо сказала она.

- Привык.

- Меня ты не получишь.

- Как знать, - сказал он. – Не смотря ни на что, сейчас ты сидишь рядом и говоришь со мной, ешь мою еду. У тебя отличный аппетит, надо сказать. Может быть, все не так уж плохо?

Ивен хотела было ответить, но не смогла, отвернулась.

Долго сидела молча, повернувшись к нему спиной.

Ненавидела его.

Все не так.

Темнело.

Начинал накрапывать мелкий дождик, небо затянуло окончательно.

Ивен перебралась под дерево, хотя листья облетели уже достаточно сильно, и почти не закрывали от непогоды, но все равно там было лучше. Завернулась с головой в свой теплый шерстяной плащ, и наблюдала, как Эйрик еще пытается делать вид, что дождь его совсем не волнует, все так же сидит у костра, только слегка ссутулившись, словно надеясь втянуть голову в плечи. Вода текла по волосам, по шее, затекая за шиворот. На нем был кожаный дублет, скорее для защиты, чем для тепла…

Осенние ночи холодны.

Ивен поежилась… все теплые вещи остались в повозке у отца. Днем еще вовсю светило солнце.

Стоило бы поспать, хоть немного, но не спалось.

К ночи дождик чуть затих, но поднялся ветер. Он трепал плащ, грозя сорвать его совсем. Пробирал до костей.

А потом снова ливанул дождь.

Костер зашипел и потух, разжигать его снова – не было смысла.

И плащ уже не спасал, промок насквозь. Зубы стучали. Ивен сидела, обхватив колени руками, сжавшись, прижавшись к дереву спиной, но это не помогало.

Было холодно и плохо, почти до слез. Она зажмурилась.

И даже не сразу поняла, когда что-то накрыло ее. Вздрогнула, хотела было даже вскочить на ноги.

Но ноги не слушались.

Эйрик снял дублет и набросил ей на голову и плечи. Так неожиданно.

- Держи, - сказал он. - По крайней мере, не промокает.

И попытался улыбнуться, хотя видно было, что у самого сводит зубы. Остался в одной шерстяной рубашке.