Невеста из знатного рода

Где-то за ними, сейчас невидимые, высились горы. Могу ли я остаться тут на целых пять лет? Я не успела ни побродить по долине, ни познакомиться с кем-то, кроме семьи Хесо, и это знакомство было несколько обескураживающим. Однако... может, мне действительно лучше не возвращаться в тот город, где жил Рэн?

Я прижала руку к груди, пытаясь унять ноющую боль, как всегда, вспыхнувшую при одном воспоминании о маге. Возможно, он попытается мстить. Или, наоборот, попытается использовать свои связи и влияние для того, чтобы заставить меня вернуться.

Стоит ли мышке, чудом выбравшейся из мышеловки, лезть обратно? «Сыр», то есть возможность стать магом, конечно, пах одуряюще и служил отличной приманкой. Но если Хесо предлагает мне обучаться тут, в безопасности, может, самое разумное — это принять его предложение?

— Долина драконов не так уж плоха, — голос Хесо прозвучал прямо за моей спиной. — Тебе тут понравится. Я буду рядом — тебе не будет одиноко. Если только Рэн…

Дернувшись от имени мага, прозвучавшего вслух, я резко развернулась — и чуть не уткнулась лицом в грудь Хесо, который стоял совсем близко.

В его пальцах была зажата прядь моих волос.

— …все еще не нужен тебе, — на автомате договорил дракон и спешно разжал пальцы. — Жук. Уже улетел, — пояснил он, отвечая на мой недоумевающий взгляд. — А кроме того…

Жук ночью? Может, светлячок…

— Рэн, скорее всего, возненавидел меня, — прошептала я, невидяще глядя перед собой. Даже если у нас с ним не было никакого будущего, осознавать это было больно. — Ты прав.

Мне нечего делать в столице. Ну так что, — я подняла взгляд на дракона и деланно улыбнулась, — примешь ли ты, о великий наставник Хесо, меня в ученики?

Возможно, улыбка вышла довольно жалкой, потому что Хесо даже не улыбнулся в ответ: он просто стоял рядом, совсем близко, и выражение его лица было… странным. Фонарь справа от меня отражался в его кварцево-серых глазах золотым пятном. Вот его губы дрогнули, он зачем-то наклонился ко мне, и…

— Господин! — раздался позади него истошный вопль и дикий грохот.

Дракон, молниеносно развернувшись, успел вытянуть руку — и летящий в его спину серебряный кувшин завис в воздухе, а вылившееся было из него рубиновое вино застыло причудливой каплей, а затем послушно заползло обратно в горлышко.

— Простите, простите, — молодой слуга в форменном одеянии, вероятно, запнувшийся о порожек беседки, побелел от ужаса и принялся стукаться лбом об пол. Вокруг него были живописно разбросаны серебряные стаканчики и тарелочки.