Просто фантастика (продолжение)

- Что мне для вас сделать?

Лин Фэн перевел дух, благодаря Небо за неожиданную помощь.

- У меня ничего нет, чтобы отплатить тебе за риск, - покачал он головой.

- Мне ничего и не надо. Я горжусь, что когда-то служил под вашим началом. Ваши приказы – мое стремление.

- Тогда не разговаривайте со мной.

Несколько дней Фуян не появлялась в его темнице, что дало измученному генералу передышку, но все же тревожило. К его решетке подошел знакомый тюремщик, протянув через массивные деревянные прутья коробочку с лекарственной мазью.

- Это поможет заживлению ваших ран и облегчит боль.

- Благодарю, - принял коробочку Лин Фэн. – Но… что произошло?

- Ходят слухи, что принцесса устроила скандал своему брату наследному принцу за то, что тот поинтересовался, куда вы пропали, - сказав это, он быстро отошел, оставив генерала в недоумение.

Как будто само Небо вняло замыслу опального генерала и вложило его мысли его сторонникам. Наследный принц никогда не выказывал открытого интереса к его персоне и относился отстраненно.

С чего вдруг такое беспокойство об неугодном принцессе мужчине? Де еще неосторожно спросил о нем у своей коварной сестрицы? Очевидно, принц действовал по чьему-то наущению. Пока Лин Фэн терялся в догадках, в ханьской столице события разворачивались своим непредсказуемым чередом.

С чего начинаются беспорядки? С недовольства властью, которая не желает, а то и препятствует свершению правосудия. Походив по рынкам и послушав в чайных разговоры людей, Отборные и Ю Ли, среди множеств бесполезных сплетен уловили, что болезненнее всего горожане переносят продолжающиеся убийства девушек.

ЮЛи задумалась, откуда-то она знала, что в метод майдана заложено совершенное тяжкое преступление власти против своих граждан, раздувания недовольства и постоянный подогрев толпы с тем, чтобы ее неуправляемый гнев вылилось в бунт. Но в ее случае и придумывать-то ничего не надо, тут даже для последнего нищего слишком явно, что убийцу ищут кое-как, и осторожное расследование старательно прикрывало какое-то знатное лицо.

ЮЛи и Отборным оставалось лишь открыто указать на это самое «лицо» и зачинщика вопиющего злодейства.

Открыто чинились препоны правосудию. Ведь как только все силы Управы были брошены на то, чтобы изловить маньяка-душителя, на ничего не подозревающего судью, чьи подчиненные развили кипучую деятельность, вдруг было оказано сильное давление.