Просто фантастика (продолжение)

Мимо зарослей, в которые они повалилась, прямо перед ее носом, осторожно ступили мягкие войлочные сапоги.

Беглецы сжались, затаилась, тесно прижавшись друг к дружке. Но старик тяжело и хрипло дышал, а она едва терпела очередной болезненный спазм, сводивший ее желудок.

Рот наполнился горечью, от которой просто необходимо было избавиться.

Преследователь, перешедший на крадущийся шаг, остановился и, чутко прислушиваясь, наклонил голову набок. Девушка задыхалась, сухая ладонь с шершавой пергаментной кожей не давала ей дышать.

Убийца уверенно двинулся в их сторону как кот, подкрадывающийся к мыши. Из тьмы, сгустившейся между деревьев, метнулось, что-то схожее с человеком, налетев на их упорного преследователя.

И в темном лесу, глухой ночною порой под треск ломаемых веток, содрогающихся стволов деревьев, раскачивающихся крон и осыпающейся листвы, началась какая-то чехарда. Дерущиеся то кидались друг на друга, то разбегались в стороны, чтобы вновь сойтись в безжалостном поединке.

В лунном свете мелькали холодными росчерками ножи, от которых поединщики ловко и умело уворачивались.

И все же, кто-то из них допустил промашку, а другой мигом ею воспользовался. Раздалось тошнотворное чавканье, когда оточенное лезвие выдернули из живой плоти и глухой стон, принявшего в себя клинок.

А затаившуюся в кустах беглянку нещадно рвало. Полоскало ее от души, до посинения. Пока девушка давилась, деликатно отползая от своего спасителя, на поляне уже все закончилось.

На вытоптанном поединщиками пятачке, остался лежать бесформенной грудой несостоявшийся отравитель и неудачный преследователь сбежавшей наложницы.

Его убийца исчез, слившись с мраком, так же неожиданно, как и появился.

Старик осторожно приподнялся из кустов, опасливо огляделся и снова спрятался за ними. Он потерял свою квадратную высокую шапочку и шпильку.

- Надеюсь, ты избавилась от яда, который успела принять, - прошептал он и сунул в холодные руки девушки какие-то деревяшки, велев свистящим шепотом, чтобы не забывала принимать снадобье раз в три дня.

«Без него в тебе сразу признают чужеземку, - сказал и добавил: - Жетон и амулет отдашь настоятельнице монастыря. Она позаботиться о тебе. Поняла?»

Девушка судорожно дышала, пересиливая очередной спазм в желудке. Ее лоб покрыла холодная испарина. Хотелось, чтобы никто не тормошил ее в момент агонии и она с трудом кивнула, чтобы странно расхристанный старик отстал.

- Пойдешь от обрыва к дороге.