Академия Менсор. Полог предубеждения

Нужное помещение обнаружилось всё в таком же коридоре, ничем своим видом не отличающимся от той части, куда мы вышли из телепорта.

Делмор резко раскрыл дверь с надписью «Ректор», вырезанную на деревянной табличке, сделав это слишком неаккуратно и быстро, едва не разбивая мне нос. Но я и это пропустила мимо внимания, вглядываясь в очередную фантастическую для земных глаз обстановку, когда он бесцеремонно меня втолкнул внутрь.

Меня встретил аромат благовоний, что нарушили видимость в кабинете, задымляя его. От быстрой ходьбы я закашлялась, что пожилой мужчина за столом в таком же балахоне, что был вчера на магистре, неверно воспринял и поспешил открыть окно.

– Извините. Эти травы благоприятно влияют на мои лёгкие, – признался тот. Видимо, он и есть ректор.

Запахи, витающие в избытке в кабинете, мне даже понравились. Такие терпкие, с ноткой восточных пряностей моего мира. Но сильнее всего внимание привлекали не они. Я обратила внимание на изобилующие множеством фигурок и склянок полки. Там были и маленькие копии животных из разного цвета камней, которых я не смогла даже узнать: какая-то кошка с рогами и такими мощными лапами, что дала бы фору саблезубому тигру; даже медведь с шипами на спине и лапах, как у какой-то хищной глубинной рыбы или древних вымерших динозавров.

На стенах висели в ряд несколько мечей, прикреплённых рядом с ножнами, чтобы каждый гость мог разглядеть идеальную заточку, форму и огранённую драгоценными камнями в блестящем металле рукоятку. Сразу подумала, что наверняка это всё подарки ректору. От других академий или знакомых.

– Землянка, – сходу сообщил магистр ректору, желая как можно быстрее перейти к делу. Наверное, хотел в самые короткие сроки от меня отделаться.

Ректор сразу улыбнулся очень широко, обнажая не по годам здоровые белые зубы. На вид ему было не меньше шестидесяти лет, но при этом он хорошо сохранился. Кожа не висела некрасивыми морщинами, а волосы сохранили молодую угольную черноту. Разве что цвет кожи выдавал возрастные изменения – она была покрыта старческой пигментацией и веснушками.

Его улыбка не вызывала приятных ощущений, потому что она казалась натянутой маской, за годы жизни идеально выверенной и повторяемой из раза в раз. Глаза оставались ровно такими же спокойными, какими были до показной эмоции, призванной выразить радость от встречи со мной.

– Вы та самая Анна, вхождения в силу которой наш магистр Делмор ждал несколько месяцев? Замечательно. Я ректор Вилантис.