Академия Менсор. Полог предубеждения

Неприятные ощущения только усиливались слабым освещением, призванным обратить всеобщее внимание на постамент, единственно яркий в царстве полумрака. Да ему с такими магическими трюками всё это было и не нужно, но кого это волновало?

Когда я уже развернулась, чтобы уйти и найти Фаю, попросить прощения за резкость, Вилантис решил такой простой мою жизнь не оставлять. Мужчина быстро сменил тему, словно невзначай вспоминая об ещё одной детали.

– Ах да, забыл, – устремляя взгляд прямо на меня, заявил ректор. И как только заметил меня в этой толпе? – У нас новая адептка с Земли – Анна Рунова.

Прошу вас, поднимитесь сюда.

Меня прошиб холодный пот от осознания того, что теперь все узнают, что я землянка. Не только по имени, но ещё и по внешности. А с таким узнаваемым нарядом, которого ни у кого больше нет, не придётся даже лицо запоминать. Я точно стану всеобщей и главной темой для обсуждения, насмешек и осуждения, потому что реакция тех двух адепток из первой комнаты в общежитии совершенно не обнадёживала.

Борясь с огромным нежеланием исполнять просьбу Вилантиса, я медленно и понуро направилась к ступенькам, позволяющим подняться на постамент.

Мне не пришлось расчищать себе путь среди толпы – адепты и сами были рады отодвинутся от меня подальше. Ещё бы – землянка.

Ещё и порожки какие-то высокие были, заставляя с большим усилием поднимать ноги слишком высоко. Ещё выдохнуться тут при всех не хватало.

Я намеренно старалась смотреть строго прямо перед собой, чтобы не напиться презрением до того, как выйду на общественное обозрение.

Нужно же сохранить лицо, чтобы не стимулировать народ меня унижать пуще прежнего.

– Что ж так долго, – пробурчал ректор, подавая мне руку и не усиливая магически голос, чтобы услышала только я.

Он резко подтянул меня к себе, дёрнув за кисть так, что стало больно. А потом, когда увидела количество народа вокруг, вообще руки задрожали.

– Прошу принять вашу сокурсницу со всеми вниманием и любезностью, – приторно-добро раздалось от Вилантиса, чересчур сильно сжимающего мою ладонь, будто пытаясь удержать от побега.

Я бы, может, и сбежала, если бы вокруг не было столько народа и, если бы не застыла от страха, что публика во мне порождала.

Послышались в его словах какие-то сарказм и угроза, упрятанные между строк.

– Она сделает всё, чтобы показать отличные результаты и со всем уважением воспользуется оказанной чести учиться в Ан Домхайн, в Кавирской академии, – жутко неприятным скрипучим голосом пообещал за меня ректор.