Академия Менсор. Полог предубеждения

Только к вечеру слегка полегчало, когда накалённый воздух остыл, а вокруг густой листвы в парке стал гулять прохладный ветерок. Я расслабленно вышагивала по плиткам, стараясь не наступать на швы – так, как многие любили делать в детстве, а кто-то любит до сих пор. Разглядывала мошкару, кружащую вокруг слишком жёлтого цвета фонарей. Где-то мелькали майские жуки, чьё жужжание было слышно за несколько метров. Я их побаивалась за крупноватый, по моему мнению, размер, поэтому поспешила удалиться в более тёмную часть парка, где не было таких ярких ламп, столь любимых для многих насекомых.

Уже на подходе к лавочке, что я заприметила ещё метров сто назад, вновь накатил приступ боли, заставивший практически упасть на сидение. Порадовалась, что вокруг не было никого, иначе приняли бы за пьянчужку, отмечающую окончание экзаменов.

– Отдыхаете, Анна, – не вопросительно, а с явной констатацией факта прозвучал знакомый голос, вызывая привычные вибрации по телу, настолько он был бархатистым.

Теперь мужчина, ради которого мне пришлось повернуть голову сильно назад, вызывая болезненный спазм в шее, выглядел иначе.

На нём уже красовалась более-менее адекватная одежда, только не слишком современная. Кожаные сапоги, добротно выкроенные, заправленные в них брюки каких-то плотных штанов и рубашка, прихваченная только спереди за ремень.

При слабом освещении его золотистая смугловатая кожа казалась ещё более тёмной, но это так сильно выделяло светлые глаза, в которых горели огни отдалённых фонарей, что я невольно в них залюбовалась, как в самую заметную деталь образа собеседника.

– Я даже не пытался применить на вас воздействие, а вы уже как будто под ним, – приближаясь так, чтобы я могла видеть его лицо более подробно, но не настолько близко, чтобы нарушить личное пространство, выдал он непонятное изречение, коими и раньше не скупился.

– Вы не могли бы выражаться более ясно? – пыталась сохранять спокойствие, находясь наедине в тёмной части парка с незнакомым мужчиной.

Он выглядел угрожающе даже тогда, как сейчас, когда расслабленно опирался спиной о ствол дерева, ни одной мышцей не выдавая готовность напасть, и был спокоен настолько, насколько нервно ощущала себя я.

– Я выражаю мысли предельно чётко и ясно, Анна. То, что вы не всё понимаете – лишь следствие вашей полной неосведомлённости о существовании других миров, как и, собственно, о магии.

– Прежде, чем я посчитаю вас тем, по ком плачет психбольница, продемонстрируйте хоть что-нибудь, что позволило бы поверить.