Моя мама - ведьма

И исходя из этого он уже давно решил, что сожалеть ни о чем не будет.

– Что говорит королевская служба магической защиты? Разве они не должны определить по типу магии, кому из их горожан надоело дышать? По крайней мере, Эмира мне это обещала.

– Королевская служба утверждает, что на стрельбище колдовал не член живущих в столице ковенов.

То ли люди покрывают своих, не желая отдавать его на расправу нелюдям-нагам, то ли и правда не могут найти.

– А что скажешь ты, Шрест? – Аджит прищуривается и двигается ближе к волшебнику, тяжело перекатывая витки хвоста по теплой плитке пола.

– Простите, повелитель, – протяжно стонет старый чародей, склоняясь так низко, что его лоб вот-вот должен коснуться пола, – мои умения ограничены, мои силы – на исходе.

– Это еще почему? – Аджит позволяет себе приподнять бровь. – Куда ты успел потратиться, Шрест?

– На защиту сына повелителя, – еле слышно шелестит старик.

– Так то заклинание, которое воздвигло каменный щит вокруг моего сына и принявшее незримый удар, было твоим, Шрест?

Старый маг кивает, все так же не поднимая головы.

– Простите, господин мой, я слишком слаб, чтобы выполнять твою волю во всем.

– И все же защитить моего сына ты смог, – Аджит перебивает самобичевания придворного мага, – и за это я благодарю Аспес, что ты служишь нам, старый друг. Мы поговорим о твоей награде, когда прибудем в Махавир.

– Я недостоин, повелитель, – пальцы разволновавшегося Шреста сжимаются на магическом посохе с силой.

– Воистину сейчас ты достоин отдыха, и я настаиваю. Немедленно займись этим вопросом.

Все еще рассыпаясь в сожалениях и благодарностях, Шрест отступает к дверям приемной залы.

По его уходу в зале снова появляется Базу.

– Его высочество Ситар Викрам Тиапшет Махавирский прибыл по вашему приказу, мой повелитель.

Что ж, прекрасно. Ведь именно в эту секунду благостное настроение у Аджита исчезает, будто и не было его.

Наследничек, нужно сказать, прекрасно понимает, что ничего хорошего его сейчас не ждет.

Физиономия у Викрама – до нельзя мрачная. Золотой змеиный обруч он с головы снял, но при этом человеческий облик и не подумал менять. Так и шел, пиная по пути абсолютно все, что ему попадется под ботинки. Обруч крутит на запястье, как кольцо для трюков.

– Кажется, мы с тобой договаривались.