Моя мама - ведьма

В полуфинале сходятся сильнейшие. Джыграмба – никто и не сомневался, он уже четыре года подряд проигрывал только одному из эльфийской пары названых братьев, Алатриан, умудрившийся рассечь стрелу побратима и тем самым одержавший над ним победу, Борис Каховский – единственный прорвавшийся так высоко человек, неизменно радостно встречаемый на трибунах, и Вик. Мой мальчик. Прекрасный талантливый мальчик, гордилась бы ужасно, имей я право.

Первым выпускают пару Джыграмбы и Каховского, и это на самом деле – интересный расклад.

Командор городской немагической стражи первый раз участвует в соревнованиях такого рода, и уже демонстрирует такие блестящие навыки… Прекрасный конкурент орку-охотнику. Так сразу и не скажешь, кто из них окажется метче другого.

Именно в эту секунду где-то под сердцем у меня ощутимо колет созданная тыщу лет назад тревожная чара. И что это значит – я понимаю довольно легко. Чара была конкретная. Та, которая должна была привести меня к нему, если вдруг что-то случится.

Ну вот, случилось. Моему сыну грозит опасность. Вот прямо сию секунду! Вот бы еще понять – откуда она смеет нам грозить!

– Кто-нибудь хочет семечек? Я хочу.

Праша оборачивается на меня и кривится.

– Семечки, фу, ужасно вредно же.

Праша у нас все знает. Конечно же, потому что много читает. Журналов для юных ведьмочек – бессчетное количество.

– Ну, мне замуж не ходить, могу себе позволить, – фыркаю, – Тинка?

– Да, захвати мне горсточку, – лакомка Золотина косится на сестру с виноватым видом.

И чего она парится, мне интересно? Ну подумаешь, пышногрудая и широкобедрая. На силе ворожбы это не скажется, да и мужики ей вслед почаще, чем худющей как швабра Праше оборачиваются.

Разумеется, сестрицы не идут со мной. Им не очень хочется проталкиваться к лестнице, спускаться к лотку бакалейщика, торговаться… А потом еще и места на неуклюжей деревянной лавке могут занять, если их оставить без присмотра.

Что ж, на то я и рассчитывала. Компания мне не нужна. Если хоть кто-то из сестер заметит, что я сейчас буду делать – вряд ли ковен обрадуется. Вряд ли после этого позволит мне жить долго и счастливо. Да даже несчастливо, бедно, так, как живу сейчас – и то не позволит. Ковен выразил свою волю по отношению ко мне – не выполнила свой долг, не принесла первенца к семейному алтарю – не смей пользоваться семейной магией.