Моя мама - ведьма

– И я должен уважать городишко, которому и ста лет нет? – презрительно уточняет волшебник. – Знаешь ли ты, что Златоглавому Ахариджу более четырехсот лет? Знаешь ли ты, насколько древние силы спят в наших землях?

– Знаю, что нынешние наги эти древние силы разбудить не в силах, – замечаю спокойно, – потому что для этого нужно много магов среди вашего народа. А они у вас не рождаются, если в родословной нет ни одного одаренного человека. Поэтому вы куете свои змеиные обручи. Поэтому запираете часть сущности и одобряете союзы с людьми.

Смешно, что при этом ведьмам вы рубите руки за простейшие чары.

– А ведьмы ничего не сделали, чтобы мы их так не любили? – сладко и вкрадчиво интересуется чародей. Хороший удар. Меткий. Под лопатку и до самого сердца. Нечем мне крыть.

Если бы ведьмы “ничего не сделали” – мне не пришлось бы отказываться от сына и долго, практически бесконечно скрывать его существование от своего ковена.

Однажды на моих глазах ковенную молодую ведьму, уличенную в любовном союзе с нелюдем, замкнули Замком и забили камнями.

С детьми, рожденными от таких союзов, поступали не лучше. Разумеется, все осведомленные об этом “нелюдские” расы не особенно любили ведьм. Даже напротив. Терпеть их не могли. В Махавире за колдовство рубили руки, в Темной Долине Эталан, крупнейшем демоническом королевстве – любой ведьме полагалась только виселица. Впрочем, нелюди хотя бы за дело нас ненавидели. В абсолютно человеческом Димисе ведьм отправляли на костер просто так. Потому что их бог считал колдовство ересью.

И конечно, с учетом таких дел – странным, наверное, кажется со стороны мой давний роман с молодым, едва еще коронованным махавирским раджем. Как можно на это осмелиться, когда знаешь последствия?

Просто.

Невозможно отказаться от той судьбы, что пришла на твой зов. Даже если эта судьба вьет за собой по мокрой от росы траве тяжелый змеиный хвост. Ты не откажешься. Просто не сможешь даже глаз от него отвести.

И с чего бы мне становиться исключением? С любовью сложно спорить. Особенно когда ты сама так настырно просила её прийти на твой зов.

– Я не могу уйти, – проговариваю громко, для чародея, – мне нужна беседа с великим раджем.

– Если бы мой повелитель хотел говорить с тобой, ведьма, он бы сам распорядился об этом.

– Я не собираюсь говорить о глупостях. Нашему с ним сыну угрожает опасность…

Только это и успеваю договорить.