О чем молчат легенды. Двуликий

– Денис, я просил какие-нибудь книги про оборотней, – сдержанно напомнил я. – Всё это время ты их ищешь. Они вообще-то у тебя есть?

– К-конечно, есть.

Парень повернулся ко мне боком, трясущиеся руки на ощупь вынули из шкафа две толстые книги. Денис не спускал с меня глаз. Проволоку он так и не взял. Всё больше раздражаясь, я кинул на стол металлический круг, он короной шлёпнулся на стопку выложенных книг. Денис положил на мою протянутую ладонь оба томика. Странно, они выглядят увесистыми, но тяжесть не чувствуется, будто я держу пару-тройку тонких брошюрок.

– Т-там не только про... об-боротней, – запинаясь, сказал Денис. – Выберешь, что тебе н-нужно.

– Ага, спасибо.

Я поспешил в коридор. Как этого психа только взяли в аспирантуру? Или они все такие – научные работники? Каждый со своими странностями?

– Подожди! – твёрдо окликнул Денис. – Как тебя? Сергей?

– Максим.

Прожить всю жизнь в одном подъезде и не знать, как меня зовут, – это надо умудриться! Впрочем, я тоже не знаю имени его матери.

– Я никому не скажу, обещаю.

– Не скажешь – о чём? – я попытался говорить помягче.

Много раз слышал и читал, что сумасшедших не стоит злить. С ними лучше соглашаться, иначе псих может начать буянить. Надо поскорее уходить. Парень крепкий, если кинется – может и повредить что-нибудь. Ненормальные вообще сильные, а у этого даже под хламидой видны бугры мускулов.

– Я всё понял и никому не скажу, – повторил Денис. – Можно всего несколько вопросов? Только не злись, пожалуйста.

– С кем пообщаться?

Разум требовал немедленно вызвать к соседу бригаду скорой помощи, а в душе нарастали раздражение и тревога.

– Максим, я почти десять лет изучаю славянские верования – обряды, религию, мифологию, – ни с того ни с сего сообщил Денис.

– Это, наверное, интересно, только я помочь не смогу, я в обрядах ни бум-бум.

Мне не терпелось покинуть вонючую комнату, уйти мешали только излишки заложенного мамулей хорошего воспитания.

Денис всё так же стоял у книжного шкафа. Попыток приблизиться парень, к счастью, не делал.

– Ты ничего не понял? – спросил он. – Зачем тогда книги об оборотнях?

– Да так... просто...

Теперь я и сам не понимал, за каким чёртом явился к полоумному любителю старины.