Гувернантка для монстра

Он схватил еду, тут же откусив изрядный кусок. Женщина смотрела смущённо, но не двинулась с места и приняла один из бутербродов, протянутый мальчиком. После первого же укуса её брови удивлённо вздёрнулись, и я с досадой вспомнила предупреждения Лилеи. Но тут же отмахнулась от мрачных мыслей.

Ведь глупо же думать, что из-за куска ветчины меня могут опознать?

Я отвернулась к окну и принялась рассматривать пробегающие пейзажи. За ночь мы отъехали довольно далеко от столицы. И природа здесь отличалась от привычной мне.

Вокруг столицы уже давно вырубили леса, ведь нужно было чем-то топить печи. Позволить себе магические отопительные артефакты могла только аристократия, а простые люди топили по старинке – дровами. Но и те год от года дорожали. И жителям столицы приходилось много работать, чтобы зимой возвращаться в тёплый дом.

Здесь же вдоль железной дороги на многие-многие мили тянулся лес. Хвойные и лиственные деревья, перемешанные между собой, создавали неповторимый пейзаж.

На могучих дубах и трепещущих осинках ещё висели листья, жёлто-рыжие, а кое-где даже побуревшие от первых не слишком сильных морозов. Берёзы и клёны стояли голые, с протянутыми к небесам тонкими ветками. А вот хвойные радовали глаз тёмной зеленью.

Как же здесь красиво!

Одетая в камень столица и в подмётки не годилась этому яркому краю. Уверена, что весной, когда всё зазеленеет и зацветёт, здесь станет ещё красивее.

Только бы суметь найти общий язык со своей подопечной и её родителями, только бы продержаться на этой работе. От прелестей природы я перешла к мыслям менее радостным, но более насущным. Повторила про себя выдуманную Овсянкой легенду. Лучше бы, конечно, продумать разные мелочи, чтобы не забыть и не попасться на противоречиях.

Но поезд уже подходил к небольшому городку, и моему взгляду предстала приветливая надпись, выложенная на широкой деревянной стене тонкими обожжёнными дощечками:

«Добро пожаловать в Греной».

Стоило выйти из поезда, и меня затопила какофония звуков. Перрон был полон встречающими и прибывшими, люди двигались, кричали, обнимались и создавали такую толкучку, что протиснуться к зданию вокзала оказалось весьма непросто.

Неразборчивый женский голос что-то говорил в магически усиленный рупор. Информация была предназначена для прибывших в Греной, вот только я так и не сумела разобрать слов.

Хотя и прослушала трижды.